№ 07 от 16-02-2004
|
|
Украинский деловой еженедельник
"Контракты" / № 07 от 16-02-2004 |
Народный депутат, член Комитета по вопросам правовой политики ВР, доктор философии Юрий Кармазин прогнозирует провал антикоррупционной кампании.
— Юрий Анатольевич, отечественные и иностранные специалисты дают разные определения коррупции. Какое ваше?
— Я определяю коррупцию как целостное социально-правовое явление, состоящее в осуществлении лицом, уполномоченным на исполнение функций государства или местного самоуправления, своих служебных полномочий за вознаграждение в интересах третьих лиц, в связи с чем подрывается авторитет государства.
— Президент, который на днях объявил широкомасштабное наступление на коррупцию, сделал это в достаточно резкой форме, заявив, что она поразила все сферы общественной жизни, поэтому коррупцию будут искоренять с особой жесткостью. Это и есть настоящая причина начала антикоррупционной кампании?
— Размах коррупции в Украине уже заметен за границей. Наши граждане все чаще попадают в скандалы, связанные с отмыванием грязных денег. Иностранные инвесторы жалуются на правила, по которым ведется в Украине бизнес. Они говорят о том, что у нас нужно платить центральным и местным органам исполнительной власти, судам, милиции, прокуратуре... Например, если вы не перечислите в какой-то фонд содействия или благотворительный фонд достаточную сумму, то вам не выдадут необходимые разрешения и ничего не зарегистрируют. После того, как на коррупцию в Украине обратило внимание мировое сообщество, не замечать ее самим уже невозможно. И вторая причина объявления масштабного наступления на коррупцию — предвыборная кампания.
— Войну коррупции в Украине объявляют не впервые. Насколько реальной будет борьба с коррупцией сейчас?
— Президент понимает: к происходящему причастны его ближайшие соратники. Он хочет их одернуть. Но если бы Президент на самом деле хотел нанести удар по коррупции, он бы, например, поручил председателю Комитета по борьбе с оргпреступностью и коррупцией проверить, какие правоохранительные органы имеют так называемые фонды «содействия» или благотворительные фонды, что за средства и как проходят через их счета. Тогда бы Президент увидел хотя бы какую-то толику правды. Но глава государства сейчас не видит даже того, на каких машинах к нему на совещания приезжают прокуроры областей, главы обладминистраций, начальники облуправлений МВД, СБУ. На какие средства они покупают эти машины?
Такая же ситуация в другой ветви власти — судебной. Я считаю: даже то, что зарплата судьям назначается не специальным законом, а указами Президента — это уже признак коррупции. Судьи стали заложниками исполнительной власти. И часть ответственности за это лежит на Президенте. В частности, в декабре он издал Указ «О порядке внесения изменений в порядок принесения присяги судьями, впервые назначенными на должность». Этим указом Леонид Кучма фактически делегировал главам облгосадминистраций свою функцию принимать присягу у судей, т.е. последних на уровне подсознания сделали подчиненными глав администраций.
— В Украине есть законодательная база для борьбы с коррупцией, но коррупция все равно приобрела поразительный размах. Почему?
— Да, у нас есть закон о борьбе с административной коррупцией. Но в национальном законодательстве вообще нет определения коррупции как уголовно наказуемого деяния. Хотя основная причина не в этом — ее нужно искать в административных факторах, прежде всего в отсутствии совершенствования структуры органов исполнительной власти.
Напомню: после президентских выборов 1999 года Леонид Кучма объявил о сокращении количества органов исполнительной власти. Тогда они были сокращены со 117 единиц до 73. Но уже в 2002 году их количество опять приблизилось к уровню 1999 года. Более того: сейчас количество работников центральных органов исполнительной власти и их территориальных представительств увеличилось по сравнению с 1999 годом на 3,5 тыс. лиц. Следовательно, так называемая административная реформа была абсолютно бессмысленна, расходы на содержание органов исполнительной власти неадекватны экономическому положению государства.
— Много говорится о том, что коррупция поразила все ветви власти, и законодательную тоже. Как она проявляется в парламенте?
— Прежде всего в лоббировании тех или иных законов, в проталкивании нужных людей на определенные должности. Причем торг идет и за правительственные кресла, и за должности в областных администрациях и на государственных предприятиях. Например, при голосовании за бюджет одна очень известная фракция, кроме других должностей, потребовала поставить своего человека во главе... Одесского авиаотряда. Законы о «специальной приватизации» конкретных предприятий — тоже проявление парламентской коррупции. Недавно были пролоббированы несколько законов, выгодных конкретным финансово-промышленным группам. Например, Закон «О развитии автомобильной промышленности Украины».
Кроме того, за переход депутата из одной фракции в другую называют суммы от $300 до $500 тыс. Я могу говорить это, только ссылаясь на других, но уверен, что просто так из одной фракции в другую не переходят.
— Какие, по вашему мнению, факторы способствуют росту коррупции?
— Во-первых, отсутствие политической воли, умения и знаний у руководства государства. Во-вторых, корыстолюбие чиновников всех ветвей власти — исполнительной, законодательной, судебной. Многие из них заинтересованы в существовании теневой экономики, поскольку она постоянно кормит их финансовыми вливаниями. В-третьих, отсутствие реформы оплаты труда. Малая доля заработной платы в стоимости произведенного в Украине продукта также предопределяет развитие коррупции. Кроме того, отсутствие реального парламентского и общественного контроля за деятельностью исполнительной власти, армии, правоохранительных органов.
— Сейчас, накануне новых президентских выборов, в обществе два диаметрально противоположных мнения. Одни считают, что с изменением в стране власти коррупция будет уничтожена. Другие убеждены, мол, с новым президентом придут новые коррупционеры...
— Одолеть коррупцию полностью невозможно — сделать это не удалось даже самым развитым странам. Но постепенно уменьшить ее до минимума можно. Для этого нужен комплекс мероприятий: одновременно с усилением давления правоохранительных органов на теневой сектор следует прибегнуть к ряду административно-управленческих и законодательных действий. А сейчас даже существующая антикоррупционная правовая база применяется неэффективно. Например, сегодня тысячи мелких чиновников осуждены за нарушение Закона «О борьбе с коррупцией» (из них более четверти — безосновательно). Ни один высокий чиновник под суд за коррупцию не попал. Почему? Это можно объяснить тезисом французского философа Шарля Луи Монтескье: «Законы — это паутина: большие мухи прорываются, а запутываются мелкие». Боюсь, так закончится и очередная волна борьбы с коррупцией — большие мухи прорвутся.
— Зараз, напередодні нових президентських виборів, у суспільстві є дві діаметрально протилежні думки. Одні вважають, що зі зміною в країні влади корупцію буде знищено. Інші переконані, мовляв, з новим президентом прийдуть нові корупціонери...
— Побороти корупцію повністю неможливо — зробити це не вдалося навіть найрозвинутішим країнам. Однак поступово зменшити її рівень до мінімуму можна. Для цього треба вжити комплекс заходів: одночасно з посиленням тиску правоохоронних органів на тіньовий сектор слід вдатися до низки адміністративно-управлінських і законодавчих дій. Зараз же навіть чинна антикорупційна правова база застосовується неефективно. Наприклад, сьогодні тисячі дрібних чиновників засуджено за порушення Закону «Про боротьбу з корупцією» (з них понад 1/4 — безпідставно). Жоден високий посадовець під суд за корупцію не потрапив. Чому? Це можна пояснити тезою французького філософа Шарля Луї Монтеск’є: «Закони — це павутиння: великі мухи прориваються, а заплутуються дрібні». Побоююсь, так закінчиться й чергова хвиля боротьби з корупцією — великі мухи прорвуться.
|