Украинский деловой еженедельник "Контракты" / № 05 от 02-02-2004

Колонка редактора

Герои нашего времени

Дмитрий КРАПИВЕНКО, редактор блока «Компании и Практика»

Киев — неблагодарный город. Здесь до сих пор нет ни улицы, ни площади, названной в честь студентов и гимназистов, которые в январе 1918 года защищали украинскую столицу от большевиков. Их было немного: несколько сотен молодых идеалистов, которые приняли свой первый и последний бой близ железнодорожной станции

Круты. Финал этой битвы был заведомо известен: превосходящие численностью «революционные матросы» разгромили необученных военному делу юнцов. Но студенты не отступили. Они простили измену взрослым политикам, которые бросили их на верную гибель. Они верили, что потомки оценят их поступки. Не оценили: узкотусовочные посиделки-концертики, очередные венки на могилу — типичная ежегодная отбываловка 29 января, в день чествования героев Крут в Киеве. А вообще в современной столице нет места героям далекого 1918 года. Здесь, скорее, поставят памятник выдуманным жуликам типа Паниковского или Голохвастова. Героизм нынче не в моде. Достаточно быть популярным: ведь получают звание Героя Украины эстрадные певицы.

Не удивлюсь, если вскоре кавалером этого ордена станет Иосиф Кобзон, памятник которому уже стоит в Донецке. Герой — каждый, кого показывают по телевизору. Кому интересны погибшие под Крутами, когда есть Дмитрий Нагиев с его гипернаглыми «Окнами», грязное белье в «Стирке» Малахова? Иногда думаешь, а может, и к лучшему, что те герои остаются за пределами современного информационного пространства.

Телевидение осквернило бы светлую память о них. В «Двойном доказательстве» на «1+1» появился бы какой-нибудь псевдоисторик, который с пеной у рта доказывал бы, что под Крутами никакой битвы не было, а было всего лишь «недоразумение» между братскими народами. А юмористы в «Золотом Гусе» откололи бы какой-нибудь циничный анекдот, как, например об Александре Матросове и гололедице. Боже сохрани от такой «благодарности» потомков! Пусть уж лучше память о героях живет в малотиражных книжках и на куцых патриотических вечерах, но вне попсово-скандального контекста.