Послезавтра

Беседовали Наталия ГУЗЕНКО, Роман КУЛЬЧИНСКИЙ, фото Светланы СКРЯБИНОЙ

Председатель совета НБУ Валерий Геец считает, что экономические действия правительства не всегда соответствуют декларациям и прогнозирует потерю национального дохода в диапазоне 5-7 лет

10 секунд на чтение

В интервью Контрактам Валерий Геец рассказал о том, что:

1) в 2007 году инфляция не превысит 10%

2) экономические действия правительства не всегда соответствуют декларациям

3) на его советы реагирует Николай Азаров

4) Юлия Тимошенко не посещает заседания Совета НБУ

Прогнозом в небо

В 2005-м инфляцию прогнозировали на уровне 8,6%, но по итогам года получили 10,3%, в 2006-м — 11,6% вместо запланированных 8,7%. Насколько ошибочен прогнозный показатель инфляции — 7,5%, заложенный в базовые расчеты госбюджета-2007?

— Инфляция на уровне 11% по итогам года — вполне нормальный показатель для страны с переходной экономикой, уровень зависимости которой от внешних факторов (прежде всего, цены на энергоресурсы) довольно высок. С учетом этого я не преувеличивал бы степень влияния просчетов в прогнозах на развитие макроэкономической системы в целом, особенно в рамках одного года. Прекрасно понимаю мотивы политических деятелей, которые, жонглируя цифрами, пытаются заработать на этом электоральные дивиденды, но едва ли такое жонглирование имеет практическое значение, поскольку инфляция в Украине будет предсказуемой, а это с точки зрения бизнеса основное.

Кабмин прогнозирует инфляцию на уровне 7% по итогам года, президент говорит о 12%. Почему молчит Нацбанк?

— Совет НБУ, состав которого был определен недавно, с лета 2006 года не работал. По сути, нам ничего не оставалось, как принять к сведению макроэкономические расчеты, заложенные в госбюджет-2007. Если по итогам I квартала инфляция выйдет за пределы 8%, это, безусловно, приведет к поступлению дополнительных средств в госбюджет, и будет удивительно, если его соответствующим образом не откорректируют. Вообще есть все основания утверждать, что в 2007-м инфляция не выйдет за пределы 10%, поскольку по итогам января этот показатель составил 0,5%. В годовом измерении ситуация во многом будет зависеть от тарифов на жилищно-коммунальные услуги.

А как, кстати, повышение коммунальных тарифов повлияет на уровень инфляции?

— Повышение тарифов в Киеве увеличит показатель инфляции приблизительно на 1%. Но я не уверен, что существующие тарифы не будут снижены под давлением общественности. Хотя, если говорить откровенно, все должны понимать, что впереди еще несколько ценовых волн. Стоимость коммунальных услуг, инфраструктурных и ресурсных затрат напрямую зависит от цен на импортные энергоносители, которые на протяжении ближайших 3-5 лет возрастут до уровня мировых. Если этот рост будет не постепенным, как последние два года, а резким, то приведет к довольно сложным экономическим последствиям.

Поддерживаете ли вы идею перейти от фиксированного валютного курса к плавающему и таким образом предоставить крупным экспортерам возможность минимизировать расходы на энергоресурсы?

— Кто бы там чего ни хотел, но переходить к плавающему валютному курсу можно лишь при условии, что Украина будет покупать газ по мировым ценам. Можно долго размышлять, готовы ли мы к такому переходу, но даже не это главное. По нашим расчетам, рост цен в Украине на 60% вызван подорожанием энергоносителей. Фактически речь идет о том, что мы не можем контролировать инфляцию, уровень которой напрямую зависит от внешних (в том числе и политических) факторов. Косвенно эти факторы влияют и на курс гривни, отпускать который «в плавание», не минимизировав этого влияния, мягко говоря, нецелесообразно — в условиях плавающего курса, изменение цены на газ породит валютные колебания, которые будут измеряться десятками процентов, а управлять этим процессом будет крайне сложно. Прежде всего либерализация цен должна произойти на рынке газа.

Сейчас мы имеем достаточный объем валютных резервов, чтобы выравнивать колебания гривни. В I квартале 2006 года (после первого подорожания энергоносителей) мы потратили на стабилизацию рынка $1,8 млрд, со временем их вернули. В перспективе размер резервов будет зависеть от внешнеэкономического торгового баланса, но в целом, если не произойдет каких-либо потрясений, которые спровоцировали бы массовое бегство капитала из Украины, можно утверждать, что ситуация под контролем. Курс гривни по отношению к доллару США на уровне 5,1, заложенный в госбюджет 2007 года, вполне реален.

Инфляция не выйдет за пределы 10%

Процесс пошел

Руководство правительства называет госбюджет-2007 инновационным. Не кажется ли вам, что под таким прикрытием государство не выполняет функцию перераспределения национального дохода, а направляет ресурсы на удовлетворение потребностей отдельной бизнес-группы?

— Лет 10 назад на заседании группы экспертов в Кабинете Министров я услышал от одного представителя бизнеса довольно характерное заявление: «Если вы не примете решение по этому поводу сегодня, то завтра мы приведем людей и от этого дома камня на камне не останется!..» Соответствующее решение было принято с негативным результатом для показателя инфляции. Не буду отрицать, что подобная практика принятия экономических решений существует и сейчас, возможно, в более скрытых формах, поскольку лоббисты пользуются все более утонченными методами. Однако, на мой взгляд, правительственные декларации об инновационном развитии своевременны, ведь советский ресурс, на котором держится экономика, уже исчерпывается, в отдельных отраслях износ основных фондов превышает 70%. Проблема заключается в том, что далеко не все решения правительства соответствуют его декларациям, ведь оно, как и другие, не подвержено влиянию со стороны отраслевых и региональных лоббистов.

Но, несмотря ни на что, около 1 млрд грн в 2007 году выделено на инновационные проекты. Можно долго говорить о том, будут ли использованы соответствующие средства по назначению, но в любом случае шаги Кабмина свидетельствуют о том, что правительственная команда пытается отойти от стимулирования потребительского спроса и способствовать реализации модели инновационного развития за счет стимулирования инвестиционного спроса. При этом нужно понимать, что невозможно осуществить такой переход в сжатые сроки. Я написал соответствующую докладную записку первому вице-премьеру и министру финансов Николаю Азарову и в ближайшее время встречусь с ним, чтобы обсудить целый ряд вопросов.

Какие вопросы будете обсуждать с первым вице-премьером?

— В стране целесообразно создать Государственный банк реконструкции и развития. Бюджетные программы удешевления кредитов коммерческих банков также нужно реализовывать, но если определенные государственные программы признаются приоритетными и правительство рассчитывает на достижение цели, то к финансированию таких проектов лучше привлекать специальный банк.

Что мешает привлечь к финансированию таких программ Сбербанк и Укрэксимбанк?

— Ничего, хотя определенные тактические нюансы существуют. Если говорить о стратегии, государство ставит перед собой довольно амбициозные задачи, связанные с модернизацией всей инфраструктуры — от дорог до канализаций. И для их выполнения кроме прямого бюджетного финансирования нужны новые инструменты. Коммерческие банки инвестировать в инфраструктуру не будут, ведь срок окупаемости соответствующих проектов около 10 лет.

Кроме того, в условиях массового прихода иностранных банков в Украину, госбанки должны выполнять еще и функцию стержня финансовой системы. Совершенно понятно, что интересы иностранных банков далеко не всегда согласуются с национальными. Условно говоря, нам нужен механизм, не только обеспечивающий кредитование наших производителей, но и поддерживающий стабильность денежно-кредитной системы.

Николай Азаров прислушивается к вашим советам?

— Еще раньше мы предложили непосредственно премьеру ряд мер по ускорению формирования вертикально-интегрированных корпораций в Украине. По сути, прежде чем открыть внутренний рынок, мы должны катализировать создание отечественных ТНК, иначе отдельные промышленные предприятия будут поглощены транснациональными акулами. Насколько мне известно, Николай Янович позитивно оценил нашу аналитическую записку и дал распоряжение нескольким министрам начать разработку соответствующих законопроектов. Не знаю, когда появятся конкретные результаты, ведь работа над такими вопросами требует научной поддержки и должна быть рассчитана по меньшей мере на три года.

Разве украинские бизнес-группы не пользуются протекционизмом государства?

— Во-первых, не всегда, во-вторых, протекционизм государства не является системным. Например, мы продали Криворожсталь, а деньги направили на потребление... Я убежден, что этот гигант металлургии нужно было продать кому-то из отечественных производителей и таким образом содействовать формированию собственной ТНК, укрепить ее позиции на международных рынках. Сейчас так действуют все государства. Очень показательный для Украины пример — политическая поддержка Газпрома, можно привести и другие.

Разделяет ли ваши взгляды президент, являющийся сторонником либерализации?

— Одно другому не мешает. Я не призываю создавать административные преграды иностранному транснациональному бизнесу, остановить глобализацию невозможно. Это совершенно понятно.

Сейчас в Украине быстрыми темпами растут нефакторные доходы — от приватизации, продажи банков, в результате экспорта рабочей силы. Соответственно, собственное производство не успевает удовлетворять спрос, растет импорт. Очень показательным в этом плане был 2005 год, когда правительство, чтобы сдержать рост цен, открыло таможенные шлюзы. Это негативно сказалось на внешнеторговом балансе.

Параллельно пошел процесс притока иностранных инвестиций в страну (в частности, в банковский сектор), который вроде бы выровнял платежный баланс, но на самом деле не стимулировал в необходимой мере внутреннее производство и прирост факторных доходов. Следующий этап долгосрочного цикла спрогнозировать несложно — выведение прибылей инвесторами, уменьшение денежной массы в стране, сокращение спроса, приостановление роста импорта. Но это будет иметь негативный характер, ведь следствием такого цикла будет не только потеря времени, но и национального дохода.

Когда, по ваш взгляд, начнется заключительная стадия этого цикла?

— Через 5-7 лет. Сейчас мы закладываем почву для развития экономики в перспективе 5-10 лет и можем как-то повлиять на ситуацию, но генеральная тенденция не будет кардинально отличаться от тенденций развития восточноевропейских стран. И нам крайне необходимо учесть их ошибки, в частности поддерживать темпы роста ВВП (у наших соседей они очень низкие) и укреплять собственную финансовую систему. В Венгрии, например, около 80% прибыли, полученной иностранными инвесторами, выводится из страны, лишь 20% идет на реинвестиции. Еще одна причина низких темпов роста восточноевропейских экономик, как ни странно, — их интеграция в ЕС, где налоговая нагрузка на бизнес составляет 45%, жестко регулируется рынок рабочей силы и дефицит госбюджета в 6% от ВВП считается нормой. Все это сдерживает экономический рост. В Украине же ситуация несколько иная — ВВП стремительно растет уже не первый год.

Тактика инноваций

Одна из инноваций правительства Виктора Януковича — восстановить СЭЗ. Не кажется ли вам, что реализация этой идеи приведет не к стимулированию внутреннего производства, а к росту объемов неконтролируемого импорта?

— Вопрос очень уместный, но, чтобы мы там ни говорили о СЭЗ, специальные зоны — прекрасный механизм привлечения инвестиций в производство. Другое дело, что государство должно надлежащим образом усовершенствовать действующее законодательство, обеспечить развитие инфраструктуры СЭЗ, как это делает Китай, а не предоставлять налоговые, таможенные, валютные и другие льготы случайным структурам. Правительство Тимошенко, приостановив деятельность СЭЗ, к сожалению, не предложило ничего взамен. Хотя, например, спецзоны, со всем их шлейфом проблем, позволили привлечь инвестиций в машиностроение больше, чем любой другой механизм.

Разве не целесообразнее содействовать обновлению основных фондов и развитию производства, введя нулевую ставку НДС на импорт инвестиционного оборудования?

— Технологическая безопасность является одной из составляющих экономической, очень опасно попасть в технологическую зависимость от импорта. Чтобы ответить, по какой группе товаров следует ввести нулевую ставку НДС, нужно прежде всего определиться, удовлетворяют ли внутренний спрос на оборудование отечественные производители, в каких случаях возможна международная кооперация, а в каких — нужно действительно стимулировать инвестиционный импорт. Над этим следует работать.

Правительство отказалось от идеи предоставлять госгарантии под коммерческие займы, но увеличило количество бюджетных программ. О чем это говорит?

— Сейчас в Украине почти 400 государственных программ, и это нонсенс. Правительство должно было бы определить несколько приоритетных, финансировать их и четко контролировать выполнение.

Украина вступает в ВТО, не завершив налоговую, земельную, тендерную и другие структурные реформы. Почему среднему бизнесу так и не дали прочно стать на ноги?

— Ждать еще лет десять завершения всех реформ и делать вид, что наша экономика закрыта, бесперспективно. Другое дело, что не многие знают, на каких условиях мы вступаем в ВТО. Остается лишь надеяться, что во время продолжительного переговорного процесса отстаивались национальные, а не чьи-то другие интересы. Вместе с тем развитие среднего бизнеса зависит исключительно от квалификации, компетентности и предприимчивости собственников. И я сильно не переживал бы по поводу неготовности тех или иных фирм к обострению конкуренции, кстати, позитивно влияющей на качество товаров и услуг. Но это, подчеркиваю, не снимает с правительства обязательств реформировать экономику и вести взвешенную политику.

Есть контакт

Как вам новый состав Совета НБУ?

— До недавних пор я не был лично знаком с этими людьми (Сергеем Клюевым, Борисом Колесниковым и т. д. — Ред.). Из всех членов Совета НБУ я хорошо знаю лишь Петра Порошенко, с которым мы нормально работали и который входил в его предыдущий состав. О Юлии Тимошенко как члене Совета ничего сказать не могу, потому что на заседания она не приходила.

Готовы ли вы сдерживать давление со стороны новых членов Совета по поводу, например, девальвации гривни?

— Все эти разговоры сугубо политические. Если бы все делалось так, как говорят политики, мы вернулись бы в каменный век. От декларации до решения о девальвации огромное расстояние. Чтобы девальвировать гривню, необходимо решение Совета НБУ и соответствующие меры со стороны правления. Не было даже предложений рассматривать такой вопрос. А обоснования? Где они?

Обвала доллара США ожидают уже около семи лет. Каковы, на ваш взгляд, перспективы этой валюты?

— Доллар падает, это очевидно. Обвалить его может Китай, в некоторой степени РФ, если, например, начнет продавать энергоносители за евро или российские рубли. Но в стремительном падении доллара не заинтересованы многие глобальные игроки, и существует множество инструментов, как не допустить этого. Я не верю в коллапс этой валюты. Падение будет продолжаться, это бесспорно, но дальнейшая судьба доллара будет зависеть от того, решат ли США долговые проблемы. Эксперты, вплотную занимающиеся глобальной экономикой, говорят, что капиталистическая модель развития себя исчерпала и сейчас происходит формирование новой системы. Какой? Это тема не одного исследования. Но это глобальные проблемы, не очень затрагивающие простых украинцев. В течение года с долларом ничего не произойдет.

Вы работали советником президента Кучмы, ваш коллега Анатолий Гальчинский рассказывал, что советники влияли на решения, которые принимал Леонид Данилович. На что повлияли лично вы?

— Я возглавлял и возглавляю группу, готовящую экономический раздел послания президента. Во времена Кучмы, когда начинали работу над посланием, несколько ответственных лиц (чаще всего Гальчинский и я) дискутировали с президентом. Разговоры были разные, жесткие и либеральные, творческие и императивные. На протяжении второй каденции Леонид Данилович довольно глубоко вникал в макроэкономическую политику, но никогда не навязывал своего видения. Чаще внимательно выслушивал все мнения, просил писать ему докладные записки и т. д. Сейчас мы периодически обсуждаем такие вопросы с Виктором Андреевичем.

Предлагали ли вам когда-нибудь пролоббировать какое-то решение?

— Ни разу. Правда, ко мне обращались с письмом руководители обанкротившихся банков, чтобы объяснить причины банкротства. Дважды я отвечал, что этот вопрос за рамками компетенции Совета НБУ. Виктора Ющенко я знаю давно (еще до того, как он стал председателем Нацбанка), но мы никогда не обсуждали вопросы, связанные с лоббизмом.

Как вы познакомились с Виктором Ющенко?

— Нас познакомил Вадим Гетьман, с которым я сотрудничал как ученый.

Контактируете ли вы с Ющенко вне подготовки президентского послания?

— Нет, мы видимся разве что на официальных мероприятиях. Так же, кстати, как и с Леонидом Кучмой и Леонидом Кравчуком.

Чем занимаетесь в свободное время?

— Свободного времени нет. Люблю читать, увлекаюсь историей. Недавно, скажем, купил последнее издание об Уинстоне Черчилле. Сейчас работаю над исследованием, в котором пытаюсь установить механизмы формирования государства, его взаимосвязь с обществом и экономикой. В частности, пришел к выводу, что наше государство позаимствовало больше механизмов, чем изобрело само. Это повод для размышлений.

---

Карьера ученого

С января 2005 г. — председатель Совета НБУ

С 1997 г. — директор Института экономики и прогнозирования НАНУ, до 2001 г. — член высшего экономического совета президента

1994 г. — внештатный советник президента по макроэкономике

1992 г. — член Коллегии по вопросам экономической политики Государственной думы Украины

1987 г. — заведующий отделом моделирования экономического развития

1986 г. — заведующий отделом экономико-математического моделирования

1979 г. — заведующий сектором экономико-математического моделирования

1975 г. — старший научный сотрудник

1972 г. — младший научный сотрудник

1968 г. — закончил КГУ им. Т. Г. Шевченко, инженер Института экономики АН УССР

20 апреля 1945 г. — родился в с. Сезьки (Ичнянский р-н, Черниговская обл.)

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий