Водочная башня

Ольга Швагуляк-Шостак

Львовские водочные короли Бачевские не теряли своих прибылей даже в годы антиалкогольных кампаний

Завод Бачевских — водочный погреб Европы

Имперский градус

В ХІХ веке Галичина была главным производителем водки в Австро-Венгерской империи. Так пожелал цесарь-реформатор Франц-Иосиф, который стремился увеличить налоговые сборы с западноукраинских земель. Император предоставлял галицким помещикам так называемую пропинацию — лицензии на монопольное изготовление и продажу водки. Шляхта не всегда охотно бралась за такой бизнес и продавала алкогольные разрешения предприимчивым местным жителям, которые очень скоро по самую «горловину» наполнили рынок высокоградусной продукцией.

С рынками сбыта у владельцев винокурен проблем не было. Когда цены на зерно падали и продавать его становилось хлопотно, предпринимателям выгоднее было перерабатывать хлеб на водку и продавать ее на месте. А чтобы проблем с реализацией не было, кое-где вводили карточную систему. Рабочим вместо денег зачастую выдавали специальные карточки, которые можно было обменять на бутылку-другую в ближайшем шинке. Доходы от водки составляли от трети до половины общего дохода господского имения, где была винокурня. О контроле за качеством галицкие винокуры поначалу не заботились, — водка должна была быть дешевой. С технологической точки зрения продукции не хватало хорошей очистки и изысканного вкуса. Массовый потребитель был непритязательным и претензий ко вкусу не имел.

Рекламный небоскреб оказался эффективнее антиалкогольных лозунгов духовенства

Тогдашняя элита почти не употребляла таких холопских напитков, как водка. Аристократы неторопливо наливали в свои бокалы дорогие выдержанные вина и были уверены в незыблемости этих традиций. Однако львовские фабриканты Бачевские в ХІХ веке приучили господ пить водку. Они сделали ставку на премиум-сегмент — высококачественную водку, розолисы (горькие настойки), ликеры, которые не стыдно было открывать в именитых семействах. Эти сорта водки были очищены от самогонного запаха и приправлены настоями из лепестков роз и других благородных трав и растений. Лучшие образцы водок Бачевских пили не только в лучших домах Галичины. После получения в 1810 году статуса поставщиков цесарско-королевского двора фабриканты продавали свою продукцию во все европейские столицы. Качество подтверждалось элитным символом — цесарским орлом и титулом К. u.К. Hoflieferant.

Поначалу не было орлов и цесарской милости. Не было и Бачевских. В 1782 году Лейба Бачелес открыл винокурню в селе Выбранивка, что в 40 километрах от Львова. Его потомки, унаследовавшие этот бизнес, приняли католицизм, сменили фамилию на польский манер — Бачевские — со временем переместили производство в город Льва.

Бачевские считали годом основания семейного бизнеса 1782-й — именно эта дата выгравирована на главном корпусе фабрики, который до сих пор стоит на улице Богдана Хмельницкого, прежней Жовквовской рогачке, и — этикетках, которые украшают бутылки с напитками Бачевского. Кроме даты рождения предприятия, на его воротах когда-то была также написана фамилия и инициалы Йозефа Адама Бачевского, правнука основателя винокурни и самого успешного предпринимателя из этой династии, который, руководя фабрикой до 82 лет, раскрутил водочную продукцию до мирового признания.

Семейство знатных винокуров жило в самом центре Львова, близ Ратуши

Алкогольный high-tech

Энергичный Йозеф Адам Бачевский, который закончил Львовскую техническую академию (сейчас университет «Львовская политехника») и получил диплом специалиста по технологии спиртов, пришел к руководству предприятием, по одним источникам, в 27, по другим — в 37 лет. Молодой собственник, получив высшее специальное образование, хорошо понимал, что конкурировать на тесном алкогольном рынке невозможно без современного технического оснащения производства и применения новых технологий. Поэтому для усовершенствования предприятия руководство фабрики регулярно закупает новейшее оборудование. Йозеф Адам заказывает современные производственные линии во Франции, Нидерландах, строит новую рафинерию и значительно расширяет производство.

Предприятие в период своего расцвета было механизировано по последнему слову науки и техники. Его производственный маховик «заводили» и двигали им две паровые машины мощностью 125 кВт, ряд паровых помп, 1 турбина, 14 двигателей, 3 динамомашины. Через два года после изобретения ирландской фирмой Aeneas Coffey метода двойной ректификации его внедрили для очистки водки во Львове. Три ректификационных аппарата системы Barbeta-Pompego и Savala ежедневно прогоняли до чистого, как слеза, состояния более 300 гектолитров крепкого напитка, отфильтровывая вредные и неприятные на запах примеси. Специальное оборудование дистиллировало травы и другое сырье. Всей этой фабричной «кухней», на которой ежедневно работали 300 рабочих и которая загружала 4,5 железнодорожных вагона алкогольных изделий, управляло пять десятков менеджеров разного уровня: 20 из них решали технические вопросы, 30 — административно-организационные. В 80-х годах ХІХ века промышленной базой фирмы становится старый дворец Целецких на Жовквовской рогачке. Новые собственники кардинально реконструируют это здание, и в 1908 году архитектор Владислав Садловски полностью завершает его перестройку.

Производственные достижения усиливались имиджевыми — титул цесарского поставщика стал своего рода аналогом нынешних сертификатов ISO-9001 или 9002. Йозеф Адам Бачевский задумывается не только над содержимым, но и над формой. Поэтому для визуального позиционирования своих напитков начинает экспериментально разливать изделия, отправляемые на экспорт во Францию, Великобританию, Италию, Германию, в хрустальные карафки (бутылки). Это увеличивает узнаваемость и популярность водки из Львова. Затем в благородную тару разных вместительности, форм и цветов, опоясанную выпуклой надписью о происхождении напитка, фасуют и остальную продукцию, которая производится винокурней Бачевского.

Вена — последний оплот водочной империи Бачевских

Бутылочная гигантомания

Маркетинговая стратегия, генератором которой был Йозеф Адам, предполагала размещение рекламы в прессе, на постерах и флаерах. На Галичине трудно было найти печатное издание, которое бы не «украшала» продукция Бачевского. Одним из наиболее эффективных маркетинговых инструментов, помогавших ликерам и водкам Бачевского завоевывать и удерживать себе место на прилавках западно- и центральноевропейских магазинов, были международные выставки. Йозеф Адам, начиная с 1856 (по другим данным — 1866 года) — времени своего прихода в шефское кресло семейного бизнеса, не пропускает ни одного промо-мероприятия в столичных и влиятельных европейских городах. Награды, привезенные оттуда, подтверждают, что изделия Бачевского получали самые высокие оценки.

А в повседневности неформальное признание водок Бачевского можно было услышать в каждой кофейне и за каждым столом: марка производителя использовалась как синоним понятия «водка», «крепкий напиток».

Бизнесмен Бачевский был известным и уважаемым в городе человеком. Он не ограничивался исключительно предпринимательской деятельностью. Йозеф Адам гармонично сочетал бизнес и власть. С 1871 года и в течение последующих тринадцати лет король львовских водок Бачевский был городским депутатом (радным). На заседание городского совета ему не приходилось ходить далеко. Семья Бачевских жила возле самой Ратуши на площади Рынок в каменном доме № 31: на чердачных этажах жила семья, а в партере был устроен фирменный магазин, где торговали крепкими напитками от Бачевского — водками Souveraina, Perly, ликером Bernardine imperial, наливкой Wisniowa и другими.

Уверенное развитие предприятия не поколебала даже грандиозная антиалкогольная кампания, инициированная митрополитом Йосифом Сембратовичем (1870-1882). Возможно потому, что на другой чаше весов предпринимательской деятельности всегда стоял неформальный общественный авторитет Бачевского. Кроме депутатства, Йозеф Адам был меценатом и членом Львовской торгово-промышленной палаты, Общества польских водочников и других самоуправляемых организаций.

Когда в 1911 году Йозеф Адам Бачевський умер, семейный бизнес и предпринимательский почерк отца паритетно унаследовали его сыновья Генрик (1864-1930) и Леопольд (1859-1924). Они сознательно не сменили популярное имя отца, фигурировавшее даже в стихах и книгах той эпохи, на раскрученной торговой марке.

Семейное согласие братьев способствовало дальнейшему развитию водочного производства. Старший сын Леопольд получил образование химика в университетах Вены и Львова, пройдя преподавательскую практику в Полеводческой академии (Дубляны под Львовом) и приобретя опыт коммерческого советника вице-маршалка (заместителя городского головы), подкрепленный орденами Железной короны III класса и Франца-Иосифа. Леопольд больше внимания уделял производственно-технологическим вопросам, тогда как юрист Генрик, также кавалер ордена Франца-Иосифа и впоследствии — депутат городского совета, сосредотачивался на финансовых делах фирмы.

Одной из главных стратегий предприятия, как и во времена отца Йозефа Адама, остается маркетинг. Наряду с прямой рекламой, братья эффективно используют PR-приемы. В 1912 году по заказу водочной фирмы в свет вышла брошюра в стиле «шельмовского хутора», содержавшая анонимные рисунки со стихотворными комментариями. На одном из них, в частности, нарисована скала, на которую поднимаются трое мужчин. Неподалеку покорителей горы ожидает мощных размеров бутылка с надписью «Souverain (Wladca), J.A. Baczewski Lwоw — Pologne — 1782 — fondеe». Рисунок обеспечен рифмованным комментарием: «Хотя меня в горах всегда преследует мигрень, все равно туристом бы стал и опасности жизнь подвергал, если б знал, что на каждой вершине ждет меня хоть одна бутылка Souverain».

В 1921 году Бачевские инициировали первую в истории Польши профессиональную рекламную кампанию. Они заказали в варшавском рекламном агентстве «Подбуй» несколько десятков ярких рекламных рисунков и разместили их в иллюстрированных газетах и журналах. Задумка заключалась в том, чтобы заставить читателей коллекционировать художественно выполненные рекламки-«постеры» и таким образом стимулировать интерес к оригинальной продукции Бачевских.

Но рекламным апогеем в продвижении товара на алкогольный рынок стал павильон, который предприятие построило в 1921 году на Восточных Торгах в Стрыйском парке. Этот экспозиционный стенд 20-метровой высоты, выполненный в форме карафки, был признан самой интересной и наиболее посещаемой экспозицией краевой выставки.

Известный писатель, выходец из Львова Станислав Лем писал: «Зимой и летом возвышалась над ним башня Бачевского, четырехугольная, полностью обложенная рядами цветных наполненных бутылок. Мне было интересно, там настоящий ликер или только цветная вода. Но этого не знал никто... Если стать под башней Бачевского, можно было разбудить эхо, вызванное хлопком в ладоши в пространство; если хлопнуть очень сильно, эхо повторялось четыре, пять, даже шесть раз».

Через четыре года уже на Лондонской выставке алкоголя продукция фирмы получила все возможные награды, о чем широко писала европейская печать. Для популяризации торговой марки Бачевские использовали также социальную рекламу. В 1925 году они спонсировали месячник Winnica, посвященный пропаганде «всех проявлений женственности» и основанный известным львовским юмористом Гемаром, который в 1925 году переехал в Варшаву, а впоследствии в Лондон, где работал на радио «Свобода».

Общественная позиция потомков Йозефа Адама Бачевского также способствовала ведению бизнеса. Леопольд был вице-президентом Торгово-промышленной палаты, одним из основателей Краевой школы водочников. А в Высшей школе международной торговли Леопольд Бачевский основал фонд своего имени для способных студентов.

Между ГУЛАГом и Веной

Когда в 1930 году Генрик умер, его бизнес перешел к сыну Леопольда — Стефану, который руководил фабрикой вместе с двоюродным братом Адамом, сыном Генрика, и другими членами семьи Бачевских.

Чтобы удержать цены и качество крепких изделий на фирменном уровне, потомки решили не расширять ассортименты продегустированной поколениями предков продукции и не увеличивать объемы производства. Вместо этого они наращивали рекламную составляющую в маркетинговой политике. С промо-целью Стефан Бачевский, которого хорошо знали как консула Австрии в Польше, заключил, в частности, контракт с двумя известными океанскими лайнерами «Пилсудский» и «Полония», на борту которых потребляли и пропагандировали эти напитки. Морским путем изделия Бачевского попали в Канаду, Южную Америку и Австралию.

Новый руководитель фирмы также первым использовал для транспортировки своих алкогольных продуктов авиасообщение. С 1930 года ликеры из Львова каждый день отправляли самолетом в Париж, Вену, Прагу. Чтобы еще больше увеличить рыночную долю изделий Бачевского, часть его водок была промаркирована слоганом «единственная водка сопоставимого качества с той, которая производится Пьером Смирновым в России».

Недели трезвости, которые в 30-х годах XX века административно вводит местная власть, только подогрели аппетит галичан к алкоголю. Тогдашние газеты на своих полосах рассказывали, как жаждущие мещане не могут дождаться конца безалкогольной недели и блуждают по городу в поисках высокоградусных напитков. «Несколько кофеен ограблено. Наиболее пострадал известный ресторатор Юнгман. Из погреба неизвестные гости вынесли 80 бутылок палестинского вина, 20 бутылок сливовицы — общей стоимостью 1220 злотых».

Широкая популярность Бачевского, форсированная всеми маркетинговыми и PR-средствами, выплескивалась в «анекдотическую» славу, которая в итоге также влияла на подсознание конечного потребителя. Львовский журнал «Szczutku», например, поместил такой анекдот: «Разговаривают два чекиста. Старший спрашивает младшего: «Товарищ, в Польше на диверсии был? А Бачевского привез?»

В сентябре 1939 года, когда началась Вторая мировая война, фабрика Бачевских, как и главный железнодорожный дворец (вокзал) во Львове, попала под прицел авиации Люфтваффе: ее разбомбили. Очевидец разрушения Витольд Шолгиня в книге «Тот Львов» вспоминает: «Сверху Лычакова отчетливо было видно, как гибнет под бомбами старый «Бачевский». В те сентябрьские дни все мужчины на Лычакове (и, с уверенностью можно сказать, в других львовских местах) очень сокрушались: столько алкоголя в его магазинах, столько добра пропадает... С любовью и сожалением большим вспоминали они разные сорта водок и ликеров знаменитой фирмы.

Рассказывают, что представители советской власти вагонами вывозили ликеры и водки Бачевского в Москву. А на месте алкогольного предприятия организовали завод алмазного инструмента, который сегодня стоит мертвым памятником социалистической экономике.

След Стефана и Адама Бачевских (сына Генрика) затерялся в тюрьмах и лагерях. Уцелевшие члены семьи после Второй мировой войны переехали в Вену, где их потомки проживают и сейчас. Последние экземпляры львовского «Бачевского» были проданы через 30 лет после войны за сумасшедшие деньги.

В 1989 году расположенное в Старограде Гданьском (Польша) отделение компании Polmos начало производить несколько видов напитков по лицензии Стефана Бачевского. Однако после 90-х годов срок этого разрешения истек и производство прекратилось.

Сейчас воскрешенная в Вене сыном Стефана семейная фирма под названием Altvater Gessler разливает водку Monopolowа по рецептам XVIII века, созданными на картофельной основе, и медовый ликер Krupnik. Седой авторитет бутылкам придает историческая надпись «Основана в 1782 году во Львове».

---

Проспиртованный регион

Спиртово-водочная отрасль долгое время была значительной отраслью галицкой промышленности. В 1844 году 60% крепких изделий, производимых во всей Австро-Венгерской империи, приходилось на Галичину. Только во Львове водку «гнали» несколько десятков больших и малых винокурен. В последние годы ХІХ столетия эта пропорция уменьшилась, но винокурни Галичины все равно доминировали, производя более 500 тыс. гектолитров водки, тогда как Чехия — 450 тыс. гкл, Моравия — 159 тыс. гкл, Нижняя Австрия — 154 тыс. гкл, Буковина — 45 тыс. гкл.

---

Международное признание Бачевских

· Вена — 1866 год

· Париж — 1867 год, 1878 год, 1890 год (Гран-при)

· Гавр — 1868 год

· Рудольфхайм, Амстердам, Виттенберг, Алтона — 1869 год

· Москва, Лондон — 1872 год

· Лондон — 1873 год

· Вена — 1873 год, 1904 год

· Перемышль — 1882 год

· Львов — 1888 год

· Лондон — 1925 год

Он памятник себе воздвиг

Йозефа Адама Бачевского похоронили в неоренессансном склепе, который он построил лично в 1883 году по проекту архитектора Якова Шульца на Лычаковском кладбище (расположен сразу справа от входа на центральную аллею). Сооружение в форме квадрата увенчано полушарием с крестом, украшено лепкой и похоже на церквушку. Для отделки склепа был использован черный мрамор из старого дворца Целецких, где находилось предприятие. Семейный мавзолей также украсили картинами на религиозную тематику и портретами умерших родственников. В склепе похоронена также жена Йозефа Адама — Виктория и еще двое родственников.

Неумолимое время уничтожило мавзолей Бачевских: деревянные конструкции сгнили, штукатурка осыпалась, крыша протекла, образа и картины похитили.

Рассказывают легенду, что когда львовский водочный король смертельно заболел, то заказал в Париже специальное устройство, с помощью которого после смерти... самостоятельно добрался до места своего вечного упокоения. Катафалк якобы ехал позади покойника, а в гроб Бачевский улегся уже на кладбище — с помощью французского механизма.

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий