Казаки-застройщики

Наталья ГУЗЕНКО, Павел СОЛОДЬКО, фото Светланы СКРЯБИНОЙ

Экс-мэр Киева Александр Омельченко обещает подарить свои компании любому, кто их найдет

10 секунд на чтение

В интервью Контрактам Александр Омельченко-старший рассказал о том, что:

1) хочет уточнить, кто из его замов брал взятки

2) разочаровался в президенте Киевгорстроя Владимире Поляченко

3) иностранные инвесторы напрасно не ходят в Киевсовет

Правда ли, что вы собираетесь создать теневую столичную мэрию?

— Я крайне недоволен действиями Черновецкого, но ничего теневого создавать не намерен, поскольку считаю глупостью альтернативные администрации, правительства, стодневки и так далее. Впервые о результатах 100 дней своей работы объявил, помнится, Ельцин. Но Борис Николаевич — личность, не каждый рискнет в Москву-реку с моста прыгнуть!..

Что конкретно вас не устраивает в действиях Леонида Черновецкого?

— Проще перечислить, что меня устраивает в его действиях.

Ответьте, пожалуйста, на вопрос.

— Думаю, не без ведома Черновецкого провели допэмиссию акций банка «Хрещатик» и таким образом размыли пакет, принадлежащий столичному горсовету. Сняли директорат завода алюминиевых конструкций, поставили руководить зоопарком директора бани, уволили руководство аэропорта «Жуляны», аптекоуправления, директоров Бессарабского и Подольского рынков. В общем, везде, где только можно, Черновецкий расставляет свояков. Я понимаю, что у него есть семейный банк, но семейная мэрия — это перебор. Под лозунгами защиты малоимущих в Киеве незаконно повысили коммунальные тарифы.

Что незаконного в решении Киевсовета повысить коммунальные тарифы?

— Минюст его не зарегистрировал, а значит, никто не предъявит киевлянам претензий за неоплаченные жилищно-коммунальные услуги.

Вы обвиняете Черновецкого в стремлении монополизировать власть. Он, в свою очередь, поражен коррумпированностью системы, доставшейся ему в наследство. Почему, как вы думаете?

— Я не просто думаю, а оформляю четыре исковых заявления в Шевченковский суд г. Киева. Хочу, чтобы Черновецкий пришел и уточнил, когда и кто из моих замов брал взятки. Помните его заявления о том, что чиновники не будут пользоваться казенными автомобилями? Так вот, замы мэра — Кильчицкая, Довгий и Басс — ездят на супердорогих машинах, подобных которым нет даже в Кабмине. Я узнавал. Мэр обещал остановить противозаконное строительство. И что? Работы продолжаются на всех названных им площадках. А вот строительство социального жилья тормозится — за девять месяцев вместо 78 тысяч квадратов ввели в эксплуатацию 14 тысяч. Киевсовет подготовил системную программу наведения порядка на рынке игровых автоматов, с детальными указаниями — где, каких и сколько автоматов должно быть. Представители горадминистрации поступили, как босяки, демонтировали автомат и поставили его перед зданием мэрии, вот, мол, проблема решена.

Правда ли, что в свое время вы способствовали отведению вашей семейной фирме — «Три-О» — 15 га земли на Печерских холмах?

— Ни «Три-О», ни какого-либо другого ООО у меня не было и нет. На протяжении 10 лет моей семье приписывали права собственности на какие-то кирпичные заводы, предприятия по производству плитки и так далее. Я готов подарить и сами компании, и их фонды любому, кто покажет мне учредительные документы, подтверждающие, что я или мои родственники связаны с этими компаниями. Поговаривают, что когда Черновецкий искал мои акции в киевских предприятиях, то (зная о том, что я идеолог создания банка «Хрещатик») поинтересовался, какая у меня доля в «Хрещатике». Получив ответ, что никакой — очень удивился моей «дурости».

Почему во время вашей работы на посту мэра Киева одни строительные компании получали участки десятками, а другие — годами боролись за один землеотвод?

— Конечно, сотрудники моей горадминистрации не были святыми. Но коррупция есть во всех странах и городах, столица Украины — не исключение. Отдельные чиновники брали, как говорится, и деньгами, и конфетами, оптом и в розницу. Но такого позора, как сейчас, не было. Два депутата Киевсовета уже пойманы на горячем. Впрочем, правовую оценку происходившему и происходящему должны давать соответствующие органы.

Вы, по-прежнему, дружите с президентом Киевгорстроя Владимиром Поляченко?

— С Поляченко я знаком с 1972 года. Тогда З4-летнего Омельченко назначили директором завода «Стройиндустрия», а 34-летнего Поляченко — директором 5-го строительного завода. Мы были самыми молодыми директорами в Киеве и соревновались друг с другом. Позже вместе работали в главке, и наша дружба (жизненная, производственно-товарищеская, а не кумовская) крепла. Хотел бы заметить, что сейчас городским властям принадлежит 70% Киевгорстроя, а самому главку — 30%. Поэтому, прочитав в одном из последних интервью Поляченко, что Сан Саныч не только не помогал Киевгорстрою, но делал ему негативную рекламу, я ощутил... Нет, не обиду, наверное, некоторое разочарование. Будь я во власти, Поляченко таких высказываний себе не позволил бы. Я не звонил ему в последнее время и звонить не собираюсь.

Черновецкий пообещал продавать участки в столице исключительно на аукционах. Почему при вас процедуры землеотвода были излишне бюрократизированы?

— Давайте говорить откровенно — распоряжение о продаже земли на аукционах я подписал в сентябре 2005 года. Мы даже успели провести несколько аукционов, а от традиционной системы землеотводов со временем хотели отказаться — по старинке планировали отводить только те участки, на которые инвесторы подали заявки до 1 сентября. Черновецкий же, не отменив моего решения, возобновил прежнюю схему землеотвода. Сейчас участки распределяют на сессиях Киевсовета по непрозрачным процедурам и нелогично: кому-то дают в аренду 0,3 га земли на два-три года, кому-то — 10 га на 25 лет. Понятно, что отводят землю не за красивые глаза. По моим оценкам, город уже потерял около 1 млрд грн из-за действий новой власти. Но проблема не только в этом, ведь, по сути, все решения последней сессии нелегитимны, поскольку, во-первых, мое решение о проведении земельных аукционов действует. А во-вторых, сессии, принимающие решения о землеотводах, проводят с нарушением регламента.

Покупая землю на аукционе, инвестор оказывается заложником Градостроительного совета, который, в конце концов, решает, что можно строить на том или ином участке. Не кажется ли вам, что проблема нежизнеспособности аукционов именно в этом?

— На торги можно выставить «бедный» участок (просто кусок земли), «богатый» (площадку с подведенными коммуникациями, готовую к застройке) или участок с проектом. Обычно с молотка идет «бедная» или «богатая» земля. Но инвестор, в любом случае, не покупает кота в мешке. Ведь целевое назначение земли определили Киевгенплан и Главархитектуры, получить соответствующую информацию инвестор может до проведения конкурса. Правда, параметры проекта, действительно, определяются только после покупки участка. Камень преткновения — высотность. Например, инвестор купил участок на ул. Крещатик, 5а, снес аварийный дом, но построить новый пока не может. Причина — архитектурный совет не разрешает строить здание высотой ни в 33, ни в 42 этажа. Не все красивые проекты можно реализовать в центре Киева, где здания не должны быть выше колонны на Майдане и Лаврской колокольни. Кстати, первоначальный проект Родины-матери был выше на 1,5 м, его скорректировали из-за протестов священников.

Кто же, по вашей информации, разрешил строительство скандальной высотки по ул. Грушевского, 9, где жилплощадь сейчас продают по $15 тыс./кв. м?

— Город утвердил проект строительства только девяти этажей. Инвестор пробил выгодное ему решение в Госстрое и сумел защититься в судах. К слову, рядом со скандальным домом начали возводить еще один. Возвращаясь к вашему предыдущему вопросу, хочу сказать, что для власти выгоднее продавать участки с утвержденными проектами — в бюджет идут большие деньги. Удобнее это и для застройщиков: купил землю, веди прораба и начинай строить. Проблема в том, что детализированных планов территорий отдельных районов Киева очень мало. Но в этом виноваты не чиновники.

А кто?

— Земельный кодекс был принят только пять лет назад. До этого вся земля находилась в госсобственности. Лоббировал кодекс Станислав Сташевский, который был моим первым замом. До сих пор не утвержден Строительный кодекс — мы пользуемся адаптированными нормативами Госстроя СССР. Правда, вице-премьер Владимир Рыбак обещает утвердить новые нормативы в первом полугодии следующего года.

Почему Генплан развития Киева до 2020 года предполагает прирост жилья на уровне 1 млн кв. м ежегодно? Ведь очевидно, что прогноз увеличения численности горожан до 2,65 млн в 2020 г., заложенный в Генплан, ошибочен.

— Я не согласен с тем, что Генплан ошибочен. Если в 1996 году в Киеве ввели в эксплуатацию всего 400 тыс. кв. м жилплощади — 6 тыс. квартир, то в 2005-м построили 1,27 млн кв. м, а к 2010 году хотели дойти до 2 млн кв. м. Правда, в этом году, при плане — 1,4 млн кв. м, сдадут только 1,3 млн. Но для рынка этого недостаточно.

Разрыв между спросом и предложением, безусловно, есть, но не такой существенный, как хотят показать риэлторы. Названные мною цифры характеризуют первичный рынок. Есть еще и вторичный.

Сколько свободной земли есть в Киеве?

— Было достаточно. Когда я уходил с поста мэра, свободных участков хватало на четыре года строительства. Раньше запас формировался на три года вперед, но сейчас, когда дома выше и их проектирование требует больше времени, объемы резерва увеличили. Слухи о том, что в Киеве практически нет свободных площадок, распространяют спекулянты и чиновники, зарабатывающие на землеотводах и оправдывающие таким образом собственные злоупотребления. Я владею реальной информацией. В центре столицы участков действительно мало, в спальных районах — достаточно, на намывных грунтах Осокорков и Позняков — вообще неограниченное количество.

Начали осваивать районы Вышгорода и Петровки (где нельзя было строить жилье в течение 10 лет после Чернобыля), сейчас за Оболонским массивом — 117 га земли под строительство. В прошлом году мы решили выставить ее на аукцион, но не успели. Цена вопроса — более 1 млрд грн, которым можно было покрыть повышение цен на коммунальные услуги. В прошлом году Киевгорстрою отвели под застройку третий микрорайон на Теремках. В общем, земли хватает, чтобы сдавать к 2010 году по 2 млн кв. м жилья ежегодно. А к этому времени город начнет освоение новых земель в районах Чапаевки, Дмитровки, Гостомеля, Обуховской трассы. Тем более что новое руководство области не так конфликтует с мэрией, как когда-то Анатолий Засуха со мной.

Как вы думаете, освоение новых площадей остановит рост цен на квартиры?

— Вряд ли, ведь только за последний год инфляция съела 7-10% стоимости.

Между тем рентабельность строительства прежняя — 400%. Не так ли?

— Вы преувеличиваете, средняя рентабельность предприятий отрасли — 100%. За последние три года металл подорожал в 4 раза, цемент — в 2,5, лес — втрое. Кроме того, Киев привлекает украинских граждан, предложение не успевает удовлетворять спрос на жилье. Хотя и доходы граждан явно не успевают угнаться за ценами на недвижимость. Если парижанин собирает деньги на обычную квартиру около трех лет, то киевлянин — более десяти. И совершенно напрасно столичные власти подняли ставку отчисления квартир городу застройщиками с 10 до 20%. Инвесторы приняли это к сведению и еще раз взвинтили цены на недвижимость.

Не кажется ли вам, что предложение потому не успевает удовлетворять спрос на недвижимость, что административные барьеры затрудняют выход на рынок новых крупных игроков?

— Безусловно, Киев далек от европейских стандартов в сферах землеотвода и утверждения проектной документации. Но ведь только пять лет назад украинцы узнали, что земля может быть собственностью. И никто не препятствовал появлению на столичном рынке честных инвесторов. К примеру, именно иностранцы строили Глобус, Эпицентры, отель «Редиссон» в районе Золотых Ворот, начинали реконструировать Бессарабский квартал и так далее. Честным (а не офшорным) инвесторам в Киеве всегда были рады. Жаль, что их приходило немного.

А те, кто приходили, быстро уходили. Почему?

— Напрасно иронизируете. Иностранные инвесторы лично не посетили ни одной сессии Киевсовета — все время делегировали каких-то посредников. Помню, как турки вышли с предложением (протекцию им составил Кабмин) построить за свои деньги мост с Подола до Воскресенки. Мы согласились — стройте, потом получайте объект в собственность и пытайтесь окупить. Все закончилось тем, что они попытались оформить кредит под наши гарантии в японском банке... Вообще, иностранным застройщикам Украина неинтересна. Поляки, правда, работают во всей Европе, но к нам, менее развитым, идут неохотно. А региональным строительным компаниям хватает работы в Донецке, Одессе, Крыму, Днепропетровске, Львове, где рыночные тенденции как две капли напоминают киевские.

Как встречаете вторую годовщину оранжевой революции?

— Вспоминаю руководство МВД, давившее на меня с целью разогнать Майдан. Я не поддавался. Во-первых, потому что всегда позволял себе анализировать и не всегда — выполнять пожелания министров. Во-вторых, ситуация в конце 2004-го была крайне напряженной. Как председатель Киевской горадминистрации я подчинялся президенту, как мэр — должен был поддерживать своих избирателей. Приходилось принимать взвешенные решения, я рад, что во время оранжевой революции никто не пострадал, а заболевшим своевременно оказывали помощь.

А пожелания Леонида Кучмы вы позволяли себе игнорировать?

— Леонид Данилович часто звонил мне, но ни в 2004 г., ни до оранжевой революции я не чувствовал давления с его стороны, а тем более — призыва совершить что-то незаконное. В отношениях со мной Кучма всегда вел себя сдержанно. Мог, конечно, попросить поддержать того или иного политика или бизнесмена, но строго в рамках закона. Реальные проблемы с Кучмой можно было обсуждать, не обращая внимания на протокольные тонкости. Иногда мы спорили на повышенных тонах, но он нормально к этому относился, без злобы, мстительности и хамства. К Даниловичу всегда можно было попасть на прием: звонишь — через два-три дня тебя вызывают. Правда, всегда наши отношения зависели еще и от четырех председателей Администрации, а также от девяти премьеров. Пиком недопонимания стал февраль 2002 г., когда президент меня уволил, и. о. председателя горадминистрации назначил Игоря Шовкуна, а сам улетел в РФ.

Как вам удалось безнаказанно проигнорировать указ Кучмы?

— При встрече объяснил ему, что его против меня настроило окружение. В 2002-м я не расписался в получении указа, его составителям сказал: «Пока не увижу мокрой подписи — не уйду». Кучма вернулся, и мы все выяснили. Я какое-то время обижался, но отношений между нами этот указ не испортил. Леонид Данилович говорил: «Ты, Саша, тоже не подарок». А президентское окружение, как мне кажется, побаивалось меня больше, чем я их. Когда главой АП были Дмитрий Табачник и Владимир Литвин, особых разногласий не возникало. Когда Администрацию возглавил Медведчук, получивший неограниченный доступ к телу, — у нас установились партнерские отношения.

Правда ли, что Кучма упрекал вас в оппозиционности вашего сына?

— Как-то в конце разговора невзначай спросил: «А что же это Сашка твой так?». Я ответил: «Леонид Данилович, и мой Сашка, и ваша Лена — взрослые люди, принимающие самостоятельные решения». На этом тему закрыли.

Как у вас складывались отношения с новой властью?

— Все было нормально до того, как министр финансов Пинзеник убедил Виктора Ющенко подписать распоряжение о невозврате из государственного в столичный бюджет почти миллиарда гривен. Я заявил о неповиновении президенту и пережил беспрецедентные судебные тяжбы с Кабмином. Победил — Киев в полном объеме получил причитающиеся ему деньги. Но после этого меня в кабинет президента не приглашали. Хотя Ющенко поздравил меня с днем рождения после моей отставки.

А Леонид Данилович вас поздравляет?

— Да, мы иногда созваниваемся, передаем друг другу приветы через знакомых. Я традиционно поздравляю его с Днем космонавтики, а он меня — с Днем строителя.

Почему вы не намерены впредь претендовать на пост мэра Киева?

— Я разочарован в выборе киевлян и не буду покупать голоса за банку тушенки.

---

Карьера мэра

1999 г. — март 2006 г. — мэр Киева

Август 1996 г. — председатель КГГА

1994 г. — зампред, первый зампред КГГА

1992 г. — гендиректор ГКП «Киевреконструкция»

1990 г. — зампред исполкома Киевского горсовета

1989 г. — начальник Управления стройиндустрии, промстройматериалов и стандартизации Госстроя УССР

1989 г. — главный инженер Укрстроя в Армянской ССР

1987 г. — советник-консультант в Афганистане

1980 г. — первый замначальника, главный инженер Главкиевгорстроя

1978 г. — окончил Киевский институт народного хозяйства

1974 г. — окончил Киевский инженерно-строительный институт

1961 г. — мастер цеха, замначальника цеха, начальник цеха, начальник отдела, главный инженер, директор завода железобетонных конструкций № 1, позже — главный инженер домостроительного комбината № 1 Главкиевгорстроя

1959 г. — бетонщик, мастер цеха строительного комбината Киевского облстройтреста

1959 г. — окончил Киевский строительный техникум

9 августа 1938 г. — родился в с. Зозив (Липовецкий р-н, Винницкая обл.)

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий