Зеленая бомба

Дмитрий Крапивенко

Власть радикально настроенных экологов может оказаться еще более беспощадной к корпорациям, чем диктатура пролетариата

Европа без асбеста

Образцово ухоженный центр Берлина заметно портит непрезентабельное сооружение a la Дом культуры в заштатном советском районном городке. Это бывший Дворец Республики (Немецкой Демократической). Саркофаг социализма не уничтожили и не превратили в офисный центр только потому, что внутри здания много асбеста — экологически опасного материала.

Асбеста боятся не только немцы, но и весь западный мир. В Евросоюзе он уже запрещен как строительный материал. В Штатах после событий 11 сентября произошел значительный выброс асбеста в воздух, тогда корпорации должны были платить за это немалые компенсации — так, компания АВВ заплатила $812 млн пострадавшим. Антиасбестовая кампания имеет немало общего с антитабачной — ведь речь идет о риске людей заболеть раком легких. Идеологами борьбы с корпорациями, имевшими в прошлом неосторожность использовать асбест, являются представители зеленого движения. Суммы компенсаций не были бы такими значительными, если бы не протесты и PR-акции экологических организаций.

Действия и намерения экологов выглядели бы вполне благородно, если бы не одно обстоятельство. Гибель асбестовых корпораций очень удобна компаниям, вырабатывающим альтернативные полимерные материалы. Да и риторика зеленых в этом случае, как и во многих других, например, в борьбе с трансгенными продуктами (см. Контракты, № 12, 2006 г.), основана на удобных им фактах.

Невыгодные — игнорируются. Во Всемирной организации здравоохранения признают вредными лишь асбестовые волокна. Как правило, эти волокна имеют защитное покрытие, делающее невозможным их попадание в человеческий организм. Выброс может произойти при чрезвычайных обстоятельствах — например, при разрушении здания.

Аргументы защитников асбеста, которыми являются преимущественно россияне (в РФ есть значительные месторождения этого материала), сводятся к тому, что вредность современных альтернативных материалов недостаточно изучена, поэтому «другое» не всегда означает «более безопасное».

Оппонентов рассудила Роттердамская конвенция, где был признан вредным амфиболовый асбест, который использовали американские и европейские строительные компании, а с хризотилового, распространенного на постсоветских территориях, претензии сняли. Украинским асбестобетонным предприятиям (таких насчитывается около десятка), имеющим годовой оборот около 500 млн грн и ежегодно импортирующим 110 тыс. т сырья, это решение дало возможность сохранить бизнес, правда, исключительно на территориях СНГ.

Впрочем, вопреки определению конвенции асбестовый вопрос остается инструментом конкуренции. Компании, предлагающие альтернативные синтетические материалы, среди преимуществ своей продукции не забывают называть отсутствие асбеста, что, по их мнению, является подтверждением экологической безопасности товара. Экологи же и за пределами ЕС продолжают свое наступление на скандальный стройматериал.

Совпадение интересов непримиримых на первый взгляд зеленых и корпораций, удачно превращающих экологические лозунги в собственные прибыли, некоторые активисты борьбы за окружающую среду называют вынужденным сотрудничеством.

«Претензии экологических организаций часто становятся инструментом конкурентной борьбы, поскольку экологичность продукции давно стала фактором конкурентоспособности», — говорит руководитель Международного социально-экологического союза Святослав Забелин. — «Соответственно возможны и имеют место ситуации, когда корпорации используют кампании, проводимые общественными организациями (ОО). Бывают случаи, когда компании инициируют те или иные акции ОО, результатом которых могут стать проблемы у конкурентов, выпускающих менее экологическую продукцию».

Нефтяники не сдаются

Зеленые способны уничтожить не только отдельные компании, но и целые области. В Германии они инициировали отказ от атомной энергетики, в то время как во многих странах АЭС остаются наиболее эффективными генерирующими установками. С началом нового столетия в ФРГ стартовала национальная программа закрытия энергоблоков.

В экономической целесообразности этого мероприятия (к концу ХХ в. в Германии было 20 энергоблоков), которое будет продолжаться до 2025 года, есть основания сомневаться: во-первых, сам процесс консервации объектов требует значительных средств, во-вторых, нишу АЭС сейчас занимают тепловые станции, работающие преимущественно на российском газе, а это уже является угрозой энергобезопасности страны. Хотя экологические аргументы немецких зеленых тоже достаточно весомы: авария на любой из АЭС может нанести такой удар по государству, по сравнению с которым скачки цен на импортный газ — мелочь.

Ведь аварийность на атомных станциях (см. календарь атомных ЧП) остается довольно высокой по сей день. Срок эксплуатации энергоблоков не безграничен, т. е. со временем для запуска новых и новых мощностей АЭС будут нуждаться во все больших земельных ресурсах, и зона вокруг станций в дальнейшем будет расширяться. Для густонаселенного западноевропейского государства такой сценарий весьма опасен. А зависимость от российской трубы, уверены немецкие зеленые, можно будет уменьшить с помощью активного развития альтернативной энергетики, добывающей киловатты из возобновляемых источников.

Владельцы энергосберегающих компаний, ветряных мельниц, маленьких ГЭС и солнечных батарей, которые до сих пор держатся на дотациях, а если и получают прибыль, то незначительную, — главная надежда зеленых. Когда эти предприятия заработают свои первые миллионы и миллиарды, зеленые пойдут в атаку. Имея надежный финансовый тыл, они скоро перерастут детскую болезнь левизны и станут полноценными партиями с собственным лобби. Тогда нынешним оппонентам экологических организаций современные штрафы и другие экоограничения покажутся мелочью.

Зеленые и сегодня на высшем политическом уровне лоббируют свои интересы. Например, в Европарламенте рассматривался законопроект о целесообразности введения налога на керосин для авиакомпаний с целью задействовать средства на преодоление последствий глобального потепления. Однако есть еще корпорации, отказывающиеся играть по правилам зеленых. Это нефтяные компании, диктовать условия которым сегодня не могут даже правительства самых влиятельных стран.

Нефтяные компании строят свои трубопроводы там, где считают нужным — хоть через долину Боржоми, как это было во время сооружения магистрали Баку—Тбилиси—Джейхан, хоть через берег Байкала, как это делают сейчас россияне. Многомиллиардные капиталы пренебрегают зелеными протестами. Более того — стремятся обернуть их себе на пользу.

Экологи возмущены выбросами СО — НПЗ начинают выпускать более чистое топливо по удобной цене и тем самым увеличивают свои прибыли. Зеленые культивируют альтернативную энергетику, и нефтяники не отстают. Не зря на логотипе British Petroleum еще в 70-х годах появился цветок — символ заботы об окружающей среде.

Сейчас компания уже активно инвестирует в альтернативную энергетику и имеет парк солнечных батарей общей мощностью 55 Мвт. Возможно, таким образом нефтяники, которые все больше интересуются возобновляемыми источниками энергии, стремятся выбить почву из-под ног у зеленых и установить контроль над молодыми отраслями энергетики.

Учитывая эти тенденции, можно спрогнозировать, что в будущем противостояние между белыми и красными, которое становится все менее актуальным, заменит противостояние между зелеными и черными (по цвету нефти). Обделенные природными ресурсами государства, прежде всего ЕС, через ВТО и другие международные организации будут делать экологические нормы более жесткими, а страны OПЕК и Россия — находить новые и новые мотивы для повышения цен на энергоносители.

Меж двух зеленых огней

Украинский бизнес сегодня ощущает давление зеленых едва ли не больше всех. С одной стороны — Европа с высокими экологическими стандартами, которые, с учетом интеграционной политики Киева, должны со временем вступить в силу и на нашей территории. Сегодня отечественные предприятия, стремящиеся иметь положительный имидж на Западе, стараются получить международный сертификат ISO 14000, дающий возможность отвечать многим нынешним экологическим требованиям.

С другой стороны — Россия, которая тоже иногда не прочь усомниться в соблюдении норм охраны окружающей среды внутри нашей страны. Пример тому — инициатива депутатов Госдумы РФ запретить ввоз украинского металла, который якобы является радиоактивным. Беспокоят и другие соседи — Румыния, проявляющая незаурядную экологическую активность в отношении строительства украинского судоходного канала Дунай—Черное море.

Существует и внутренняя зеленая угроза. В Украине действует немало экологических организаций. Как и западные товарищи, они соревнуются за полнейший отказ от атомной энергетики, обещают препятствовать строительству Ташлыцкой ГЭС и Дунайского канала (яркий пример «совпадения интересов» с румынскими транспортными компаниями). Заметны они и в мелких конфликтах — новоиспеченные и опытные экологические организации активно участвовали в акциях протеста против застроек в зеленых зонах, имевших место в Киеве весной 2005-го года.

Об источниках финансирования украинские зеленые говорят охотно. Как правило, это западные так называемые проектные гранты, членские взносы и спонсорская помощь. Последняя, конечно, может иногда быть причиной совпадения коммерческих и экологических интересов. По поводу методов сбора информации о загрязнителях окружающей среды умеренные зеленые утверждают, что работают со статистикой украинских госструктур и международных организаций, по мере своих технических возможностей проводят собственные исследования.

Состав украинских зеленых разнообразен — от «взрослых» партий типа проекта Виталия Кононова до довольно радикальных организаций. Разные течения зеленых сегодня имеют скорее общее происхождение, чем идеологию. Старшие и денежные придерживаюся умеренной платформы, молодые и непримиримые, как, например, «Охоронці райдуги», известны своими скандальными акциями. Некоторые молодые экорадикалы даже угрожали подрывать суда, которые будут следовать по каналу Дунай—Черное море. Впрочем, дальше угроз пока дело не пошло. Зеленые либералы склонны к компромиссам, но именно они являются потенциальными союзниками или врагами в конкурентно-экологической борьбе украинских компаний.

Все потенциальные и имеющиеся зеленые угрозы украинский бизнес еще в состоянии обернуть себе на пользу. Одно из проявлений европейской экологической обеспокоенности — многочисленные программы финансирования улучшения окружающей среды. Часть из них, в частности проекты Tacis, направлена на внедрение на украинских предприятиях систем экологического менеджмента.

Так что Европа, устанавливающая экоограничения на торговлю, может и за собственные средства помочь нашему бизнесу достигнуть стандартов ЕС. Правда, программ по «озеленению» украинских предприятий пока что немного, и потенциальные участники проектов выстраиваются в очередь. Экологическим тревогам россиян тоже есть что противопоставить: в РФ существует немало территорий, где произошли в свое время техногенные аварии, сопоставимые с Чернобыльской.

Так, украинские бизнесмены могли бы пролоббировать запрет ввоза продукции из южноуральского города Челябинска — известного промышленного центра, имеющего славу одного из самых загрязненных регионов СССР. Челябинским металлургам и машиностроителям подобные напоминания могли бы навредить на внешних рынках. С местными экологическими организациями отечественный бизнес постепенно знакомится и нередко приходит к согласию. Иногда менеджеры предприятий очень быстро договариваются c зелеными активистами, против кого именно они будут дружить.

Подобно тому, как в конце ХІХ — начале ХХ века каждый прогрессивный интеллектуал считал необходимым хотя бы называться социалистом, так и современный активный человек не может игнорировать экологические проблемы. Чем скорее бизнес-элита найдет общий язык с умеренными экологами, тем меньше у нее шансов стать жертвой иррационального бунта зеленых радикалов.

Календарь атомных ЧП (август)
1	1993 г.	Россия, Челябинская обл. Ядерный комплекс «Маяк». Разрушение трубопровода в результате коррозии и утечка радиоактивного шлама.
2	2001 г.	Германия. АЭС «Линген» (Эмсланд). Повреждение противопожарной системы в результате попадания молнии.
3	1984 г.	США. АЭС «Браунс Ферри». Утечка радиоактивной воды из первого контура первого блока и облучение 13 работников.
4	2003 г.	США, Лос-Аламос. Национальная лаборатория. В результате неправильной упаковки на участке обработки плутония рабочие подверглись облучению.
5	1997 г.	Россия, остров Сахалин. В Охотское море сброшен отработанный радиоизотопный термоэлемент, содержащий радиоактивные материалы.
6	1985 г.	СССР, бухта Чажма. Во время дозаправки атомной подводной лодки К-431 произошел взрыв реактора. Загрязнена прилегающая акватория.
7	1988 г.	Аргентина. АЭС «Атуча-1». Остановка реактора станции из-за возрастания активности и вибрации. Частицы топливных элементов обнаружены в каналах высокого давления.
8	2000 г.	Баренцево море. Пожар и взрыв в первом отсеке российской атомной подводной лодки К-141 «Курск». Лодка затонула, весь экипаж (118 человек) погиб.
9	1991 г.	США, Нью-Йорк. АЭС «Найн Майл Пойнт». Из-за повреждения главного трансформатора остановлен реактор. Вследствие целого ряда неисправностей аварийное энергоснабжение поступало только частично.
10	1993 г.	Германия. АЭС «Крюммель». Неисправности двух штуцеров, удерживающих в открытом положении предохранительный и редукционный клапаны.
11	1983 г.	США, Мексиканский залив. При каротаже скважины утерян герметичный радиоактивный источник.
12	1988 г.	Япония. АЭС «Такахама». Аварийная ситуация в связи с разгерметизацией трубок парогенератора на втором блоке АЭС.
13	1997 г.	Германия. АЭС «Библис-В». Во время проверки выявлено, что два из четырех вспомогательных насосов для технической жидкости сломаны, еще один — в ремонте.
14	1998 г.	США, Айдахо. Национальная лаборатория. Во время технического обслуживания одной из «горячих» секций 11 рабочих получили радиоактивное облучение.
15	1995 г.	Литва. Игналинская АЭС. Во время перегрузки подъемный кран оказался обмотанным питающим электрическим кабелем. Произошел обрыв подачи электропитания.
16	1988 г.	Германия. АЭС «Изар-1». Автоматическая остановка реактора из-за низкого уровня давления в нем.
16	1984 г.	Северное море. Грузовое судно Mont Louis столкнулось с автомобильным паромом Olau Britannia и затонуло вместе с 30 контейнерами гексафторида урана на борту.
17	1997 г.	США, Джорджия. Военный тренировочный центр «Лило». Вблизи подземного убежища обнаружено радиоактивное пятно.
18	2001 г.	Германия. АЭС «Филиппсбург-2». Через 2 недели после плановой проверки выявлена неисправность системы контроля борной кислоты.
19	2002 г.	Германия. АЭС «Библис-В». Обнаружено, что система автоматической аварийной подачи электроэнергии отключена.
20	1949 г.	СССР, Казахстан. Семипалатинский полигон. Проведение первых наземных ядерных испытаний. Радиоактивный след, кроме Казахстана, накрыл часть территории Алтая.
По данным Greenpeacec

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий