Замыкание накоротке

Вячеслав ДАРПИНЯНЦ

Президент Ющенко проигрывает борьбу за основные финансовые потоки премьеру Тимошенко

Центр приложения лоббистских усилий на уровне руководства страны смещается кардинально. В соответствии с Соглашением о создании коалиции демократических сил в ВР 5-го созыва, подписанным НУ, БЮТ и СПУ, премьер-министром будет назначена Тимошенко.

По сути, на откуп ей отданы все основные финансовые потоки государства, а точнее — первые должности в структурах, непосредственно участвующих в формировании этих потоков. ГНАУ, обеспечивающая наполнение казны; Минфин, формирующий государственные расходы; Антимонопольный комитет, контролирующий систему госзакупок (как вариант — этим займется Минэкономики, тоже доставшееся по квоте БЮТ); угольное и аграрное министерства, дотирующие соответствующие сектора... В общем, под контролем Тимошенко, склонной к ручному управлению и частому пересмотру своих же решений, оказывается весь цикл перераспределения национального дохода. В специфике работы далеко не всех составляющих этого цикла Тимошенко ориентируется столь же свободно, как в нюансах газовых схем (НАК «Нефтегаз Украины» и Минтопэнерго также возглавят ее креатуры) и вопросах собственности (Фонд госимущества — аналогично).

И вряд ли коалиция демократических сил проработает весь период полномочий ВР 5-го созыва (то есть пять лет), ни разу не рассмотрев вопрос о переназначении премьера. Но время, чтобы развернуться, у Тимошенко есть — минимум до завершения политреформы. Пока, по Конституции, единственным основанием для отставки правительства (если не брать во внимание самоотвод премьера) является резолюция ВР о недоверии Кабмину, принятая большинством голосов. Инициировать рассмотрение этой резолюции могут президент или треть депутатов парламента (150 голосов). Однако ВР не может ставить на голосование вопрос об ответственности правительства чаще одного раза за сессию, а также на последней сессии или в течение года после утверждения правительственной программы.

С точки зрения Юлии Тимошенко, приступить к работе, не обезопасив себя от партнеров по коалиции минимум на год, — опрометчиво: не случайно в соглашении утверждение правительственной программы заявлено как первоочередная задача коалиции. С точки зрения партнеров — рискованно принимать программу Тимошенко, отпуская ее правительство в свободное плавание, не уточнив на уровне закона, какие последствия для правительства влечет за собой распад коалиции (и что, кстати говоря, считать таковым). Ибо сейчас, с формальной точки зрения, выход из коалиции одной из фракций, к примеру НУ, может быть восполнен вступлением в большинство количественно эквивалентной группы оппозиционных депутатов. Недавно принятое парламентское постановление о регламенте ВР этого не запрещает.

Тогда как раздел XI коалиционного соглашения, предусматривающий, среди прочего, что прекращение деятельности коалиции (в том числе выход из нее одной из фракций) влечет за собой написание заявлений об отставке премьером и спикером — не более чем политическая декларация, не предполагающая юридических последствий. Равно как и пункты соглашения, которыми НУ и СПУ попытались ограничить влияние Тимошенко. Перечислим их для полноты картины:

— коалиция поддерживает только те законопроекты и постановления, которые согласованы Кабмином и соответствуют содержанию коалиционного соглашения;

— несогласие фракции коалиции поддержать законопроект является фактическим использованием права вето;

— использование права вето одной из фракций коалиции запрещает другим ее субъектам блокироваться с оппозицией;

— совет коалиции (главы фракций плюс по два представителя от каждой) ежеквартально рассматривает результаты работы правительства и парламента;

— правительство согласовывает с советом план законопроектных работ;

— участники (чиновники, депутаты) обязаны выполнять решения, принятые советом и правительством, или уйти с занимаемых должностей по собственному желанию;

— не допускается публичная дискредитация официальных решений коалиции и Кабмина etc.

Все эти пункты соглашения процедурно импотентны — их нет ни в Конституции, ни в Регламенте ВР. И все они (два последних — в особенности) свидетельствуют не только о низком уровне доверия НУ, СПУ и БЮТ друг к другу и программных разночтениях между ними, но и о понимании субъектами коалиции того, что каждый из них преследует свои, далекие от реализации задекларированной стратегии, тактические цели. И вряд ли эта ситуация изменится до тех пор, пока детали организации коалиции и механизмы ее взаимоотношений с Кабмином не будут прописаны в соответствующих законах. Вот тогда вопрос премьерства Юлии Владимировны и станет ребром. Или (как вариант) вылезет боком тем, кто в 2004 году сделал ставки на кандидата в президенты Виктора Ющенко, в 2005-м не сумел ужиться с Тимошенко в одной власти, а в 2006-м не понял, что Ющенко ей вчистую проиграл. Маловероятно, что президентское окружение сможет эффективно контролировать Тимошенко и влиять на ее решения, имея в активе первые посты в силовых ведомствах и должность спикера.

Реально другое — имея в руках набор властных рычагов и будучи в подвешенном состоянии до тех пор, пока программа правительства не утверждена, Тимошенко на должности премьера не сможет (даже если захочет) проводить экономические реформы. Она, скорее, займется своим делом — борьбой за власть и решением точечных проблем. До конца 2006 года коалицианты планируют принять законы о президенте, о Кабмине, о нормативно-правовых актах (с целью установить их иерархию), о центральных органах исполнительной власти, об оппозиции. А до конца I сессии ВР 5-го созыва — новый пакет конституционных изменений, призванный усовершенствовать систему противовесов между ВР, правительством и президентом.

Пока же Коалиционное соглашение — единственный документ, ограничивающий власть нового премьера, не предполагает юридической ответственности за невыполнение его требований. Иными словами, соглашение имеет статус не заверенного у нотариуса брачного договора между супругами, которые не любят друг друга. Скорее всего, ситуация не изменится в течение года с момента назначения премьера. За это время правительство не сможет (хотя бы потому, что просто не успеет) воплотить в жизнь ни одну из намеченных реформ.

Слова и дела

Земельная реформа — одна из немногих, этапы которой определены более-менее четко. До 1 декабря 2006 года, в частности, в Земельный кодекс будут внесены изменения, запрещающие продажу земли (речь, надеемся, идет о земле сельскохозяйственного назначения, а не участках под застройку) до создания условий функционирования рынка земли: завершение выдачи актов права собственности на землю, выделения участков в натуре, создания кадастра, установление границ территориальных единиц и т. д. Реализацию этих мероприятий планируют завершить к 1 января 2009 года.

Газоснабжение. В соответствии с соглашением Тимошенко попытается (если позволит Газпром) выстроить сотрудничество со странами Центральной Азии и России на основании «долгосрочных, прозрачных, взаимовыгодных договоров без теневых посредников». Является ли таковым компания «Итера» — в соглашении не уточняется. ГТС — при любых раскладах с Газпромом — остается собственностью украинского государства.

Приватизация. Юлия Владимировна будет избавлена от необходимости давать неофициальные указания председателю Фонда госимущества по факсу (об этой практике Контрактам рассказала Валентина Семенюк — см. Контракты №20-2006.) В случае назначения на должность премьера Тимошенко сможет решать вопросы госсобственности в телефонном режиме: должность председателя ФГИ Украины — квота БЮТ. Однако ввиду того, что «переход к приватизации важнейших предприятий» (речь, прежде всего, идет об Укртелекоме, Одесском припортовом заводе, Турбоатоме и других, продажа которых законодательно запрещена) хронологически не определен — вряд ли эти объекты будут приватизированы в ближайшее время.

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий