Лягушки и пруды

Евгений ДУБОГРЫЗ, редактор отдела «Деньги»

Что самое примечательное в возможной сделке Arcelor — Северсталь?

Вовсе не щелчок по носу индийской Mittal Steel, не масштабы сделки (более EUR12 млрд), и даже не то, что гордые европейцы видят в постсоветских олигархах равных партнеров, расплачиваясь с ними не дензнаками, а полновесными акциями собственных компаний. Самое примечательное — то, что российский богач первой десятки Forbes, тринадцать лет создававший собственную ФПГ, вдруг продает все свои акции (по разным данным, от 84% до 89%), да еще и доплачивает EUR1,25 млрд личных денег.

И что получает взамен? 34% акций в объединенной компании плюс место неисполнительного председателя в совете директоров. Даже решение собрания акционеров не заблокируешь — по европейскому законодательству блокпакет составляет 40%. Не говоря о том, что сместить неугодного топ-менеджера теперь не удастся, равно как и провернуть какую-нибудь сомнительную сделку с родственным трейдером.

Шокирующее, невероятное, безумное поведение с точки зрения среднестатистического отечественного бизнесмена. А между тем, если посмотреть на стоимость Мордашова до и после сделки ($8,5 и $16,3 млрд соответственно), становится ясно: бизнесмен выбрал стратегию «маленькой лягушки в большом пруду». Вместо вечного прозябания на надцатых местах в мировом рейтинге сталеваров собственник Северстали превратится в совладельца глобального лидера.

Беда украинских (а также российских, казахских и так далее) собственников — в том, что они хотят быть ВЛАДЕЛЬЦАМИ бизнеса, а не владельцами БИЗНЕСА. И в таком поведении есть безупречная логика. Во-первых, чуть ли не каждый из собственников мало-мальски работающего актива переживал неприятный момент, когда взлелеянный собственноручно бизнес грозили отнять: то ли государство, то ли конкуренты, то ли еще вчера такие родные и близкие партнеры.

Во-вторых, в условиях всеобщего подъема (с самого 1998 года), когда стабильная работа зависит только от своих усилий, а не от конъюнктуры рынка, успешной компании объединяться и консолидироваться попросту не нужно — успевай только мелочь заглатывать. Проблема в том, что рост не вечен, и старые страхи перед недружественным поглощением (а то и отъемом) бизнеса забываться не хотят.

Наверное, опрометчиво было бы называть Алексея Мордашова бизнес-гением переходной экономики. Ничего нового в бизнес-практике олигарх не изобрел. Но сильная сторона бизнесмена — умение вовремя, секунда в секунду, апробировать западные технологии бизнеса на новом, диком рынке. Когда российские и украинские металлурги массово начали нарабатывать кредитную историю? Правильно, в прошлом году. А Северсталь — двумя годами ранее.

Когда Ринат Ахметов начал создавать управляющую компанию? Только полгода назад. Мордашов то же самое сделал в 2002-м. А такой инновацией, как корпоративный университет, никто из отечественных олигархов вообще не может похвастать, в отличие от бывшего хозяина Северстали. И почему-то кажется, что нынешнее поведение Мордашова — начало новой тенденции в мире олигархов. Ведь мировой рост промышленности почти закончен — начинаются суровые будни конкуренции.

Кто из собственников крупных украинских ФПГ пойдет по пути россиянина? Скорее всего, преемники красных директоров — Бойко и Янковского, Ландика и Скударя. Возможно — молодая поросль олигархиата: Константин Жеваго, Василий Хмельницкий с Андреем Ивановым.

Остальные под вопросом: чересчур силен инстинкт собственника и велики размеры выстроенных псевдоимперий. Что касается среднего бизнеса, то в условиях нарастающей конкуренции каждый из владельцев выберет размер «пруда», в котором хочется «плавать». Важно не забывать: мелкие пруды время от времени пересыхают.

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий