Рисунок с натуры

Инна Алексеенко, Фото Светланы СКРЯБИНОЙ

Дизайнер Айна Гасе самостоятельный бизнес начала, оставшись с двухмесячным ребенком на руках. Для старта хватило $2 тыс.

Ее университеты

Почему решили стать дизайнером одежды, ведь вы не умели даже рисовать?

— Еще в детстве я придумывала и шила одежду себе и подружкам. Я выросла в селе на Черкасщине, в нашем доме всегда было много тканей — раньше к праздникам принято было дарить ткани. И я выбирала покрасивее и... шила плохо, поскольку не знала толком, как это делается. У меня получались одноразовые вещи, которые после первой стирки годились на тряпки. Когда подросла, поступила в Черкасский швейный техникум и научилась профессионально шить и кроить одежду. По распределению попала в ателье, где к клиентам меня не допускали — давали готовые эскизы, я делала выкройку и шила. Мне этого было недостаточно, и я решила поступать в Киевский институт легкой промышленности.

Поступили?

— Нет. Выяснилось, что для поступления нужно рисовать. А я не умела. Тогда мой папа взял меня за руку и отвел к черкасскому художнику. Тот поставил передо мной чашку, положил ложку, дал лист бумаги, карандаш, резинку и сказал: «Как видишь, так и рисуй». Я нарисовала, как могла. Художник посмотрел и сказал, что, скорее всего, рисовать я буду. Он отвел меня в детскую художественную школу, где я четыре месяца вместе с детьми училась азам рисунка, живописи, композиции. В 1995 г., после года обучения на подготовительном отделении, я поступила в институт легкой промышленности.

В институте вы учились у известных учителей?

— Да. Мой преподаватель — Ольга Степановна Мамчич. Ее ученики — известные дизайнеры: Юлия Гуральчук, Федор Савченко и Катя Оксанич. Уже тогда я участвовала в дизайнерских конкурсах. На третьем курсе в студенческом «Киевские каштаны» заняла первое место.

А в других конкурсах?

— Тогда мне это было не нужно. У меня был молодой человек, успешный и богатый. Я мечтала: вот закончу институт, буду вести светский образ жизни — сидеть дома, принимать гостей.

Ваш молодой человек учился с вами?

— Нет. Он намного старше меня. Довольно успешный бизнесмен, позже стал депутатом Верховной Рады.

Фамилию назвать не хотите?

— Анатолий Семинога... Так вот, тогда, в институте, я думала, что буду устроена: выйду замуж, стану домохозяйкой. Когда в 2000 г. закончила институт, муж открыл для меня салон «Студия Айна Гасе». В то время я не думала, в какую сумму обойдется аренда, сколько денег нужно на зарплату сотрудникам, на ткани, прибылен ли вообще этот бизнес. Меня эти вопросы не интересовали — за меня все просчитали. Салон просуществовал четыре года. Тогда писали, что он успешный. Я могу точно сказать, что убыточным он не был.

Кто были ваши клиенты?

— Украинские бизнес-леди, богатые люди. Я создавала хорошую одежду, она многим нравилась.

Известные клиенты у вас появились благодаря мужу?

— И ему, и дизайнерским конкурсам, и телевидению, и прессе.

Кто был вашим первым известным клиентом?

— Аня Турчинова. С ней я познакомилась благодаря Семиноге. Тогда же у меня обслуживалась зампредседателя банка «Надра», главный юрист компании «Нестле».

В каких конкурсах участвовали и как туда попадали?

— В конкурсе «Хрустальный силуэт» и в «10х10». Попала туда по приглашению организаторов. Восемь раз я участвовала в конкурсах и все время занимала призовые места: первое, второе, снова первое. Лишь в прошлом году удалось получить Гран-при. И на этом я поставила точку — больше не участвую в конкурсах.

То есть цель достигнута?

— Да. Я думаю, что дизайнер не может все время участвовать в конкурсах. Есть какой-то период раскрутки, но потом нужно деньги зарабатывать. Четыре года я работала в свое удовольствие, а два года назад, когда ушла от мужа и осталась одна с двухмесячным ребенком, начала относиться к своему бизнесу серьезнее.

У вас к тому времени были собственные деньги?

— Нет. Я ушла гордая и независимая. Не требовала от мужа никаких алиментов. Собственных денег у меня не было. Все, что зарабатывала в ателье, отдавала в семейный бюджет. А когда захотела разойтись с мужем, общий котел оказался на сильной стороне.

Где же вы взяли средства для бизнеса?

— Заняла у друзей $2 тыс., сняла двухкомнатную квартиру для жилья и такую же в центре столицы — для салона. Действовала быстро, потому что понимала — еще полгода простоя и клиенты обо мне забудут.

Вам хватило $2 тыс., чтобы только арендовать квартиру и офис?

— И еще на дешевые швейные машинки и зарплату сотрудникам. Тогда у меня работали четверо портных и один конструктор одежды... Потом начались испытания. Только переехала в новую квартиру — меня ограбили. Вынесли бриллианты, кое-какие дорогие вещи. Остались только украшения, которые были на мне — я их быстренько заложила, потому что деньги нужны были. Позже в моей машине (через полгода после развода купила бэушный Опель за $3 тыс.) разбили стекло. Потом я попала в аварию, затем снова ограбили квартиру. Видимо, все эти трудности изменили меня, сделали выносливее, и... жизнь стала налаживаться. Уже через год после разрыва с мужем я сняла офис в другом, лучшем месте, купила новую машину и квартиру.

Дизайнер и бизнесмен

Когда вы начали сотрудничать с Луцким шелковым и Херсонским хлопчатобумажным комбинатами?

— Через год после того, как ушла от мужа. С комбинатами мы заключили контракт о создании новой торговой марки.

Как нашли предприятия?

— Они сами на меня вышли. Собственники комбинатов отслеживали работу всех украинских дизайнеров — им понравились трое: я, Анисимов и Земскова-Ворожбит. Выбрали меня. Мы начали сотрудничать и создали фирму «Поль Ноа Студио».

Как построена работа этой фирмы?

— Есть экспериментальный цех, созданный на базе Луцкого шелкового и Херсонского хлопчатобумажного комбинатов. Там я работаю главным дизайнером: рисую эскизы и делаю образцы тканей и одежды. Мы готовим технологическую базу и «выдаем» определенное количество готовой одежды: например, 1000 штук.

Где реализуют эти ткани и одежду?

— По всей Украине и в Москве.

Сотрудничаете с определенными торговыми точками?

— Нет. Как правило, работаем с оптовыми покупателями.

По каким ценам продается одежда торговой марки «Поль Ноа Студио»?

— Честно говоря, я не в курсе. Знаю только, что собственники тщательно просчитывали ее стоимость — чтобы это действительно была одежда для среднего класса.

Назовите хотя бы порядок цифр.

— В зависимости от изделия. Может, 100 грн. Или даже меньше. Но это себестоимость. А с какими наценками одежду реализуют в магазинах, не знаю.

Богатых клиентов вы ведь не бросили?

— Нет, конечно. У меня есть салон «Айна Гасе». До недавнего времени был бутик в Альта Центре (Киев), но теперь его там нет — я сняла новое помещение.

Почему? Невыгодно?

— Я не могу себе позволить платить аренду просто так.

По каким ценам продавали одежду в бутике?

— От 330 грн (стоимость блузы) до $5 тыс. (за меховые изделия). Цена зависит от ткани, из которой изготовлена одежда.

А какова рентабельность вашего бизнеса?

— У меня есть бизнес-план на этот год, должна сказать вам, что рентабельность очень хорошая.

«Очень хорошая» — это сколько?

— Я закладывала в бизнес-план 12 бутиков по Украине и 3 — в Москве. Это новый проект, стартующий осенью текущего года (сейчас выбиваю под него кредит). Его рентабельность — до 50%. Сюда входят дизайнерские услуги плюс продажа одежды, обуви и аксессуаров во всех 15 бутиках.

Хотелось бы понять, на чем вообще вы зарабатываете?

— Во-первых, на дизайнерских услугах по контракту с упомянутыми уже комбинатами: получаю зарплату плюс процент от продаж. Во-вторых, на дизайнерских услугах в салоне «Айна Гасе» (ткани и фурнитура — клиентов). Пока только так. Но с осени буду зарабатывать больше. Работа с экспериментальным цехом будет расширена — начнем шить ограниченное количество одежды для бутиков по изготовленным мною образцам. И я опять же буду зарабатывать на дизайнерских услугах плюс — на продажах одежды, обуви и аксессуаров.

В какую сумму обходится пошив платья в вашем салоне?

— Я не хотела бы называть цифр.

Где закупаете ткани?

— Если нужен эксклюзивный материал, то беру его в киевском салоне тканей «Бета-Виста». Гораздо реже — в Нота Бене и других киевских магазинчиках. Сейчас в Украине можно купить хорошие ткани, а раньше приходилось ездить в Италию.

Там гораздо дешевле?

— Конечно дешевле. Здесь наценки 100% и более. Но сейчас не могу тратить на это время — в Италии нужно объездить несколько точек, чтобы купить все, что необходимо. Пока на это не было времени, но в будущем я возобновлю эти поездки.

А как вы намерены зарабатывать на обуви?

— Опять же на дизайнерских услугах: рисую эскизы. Материалы — забота производителя. Он просчитывает себестоимость и стоимость изготовления.

С каким производителем вы сотрудничаете?

— С армянской фирмой «Димарни». Мы детально обсуждаем каждую модель, материал, форму колодки.

Дорого берут обувщики?

— Могу назвать только оптовую цену. Я заказываю сразу несколько пар для коллекции и мне предоставляют скидки. Цены примерно такие: $250 — за туфли и $350 — за сапоги. Если заказы розничные — цена будет выше.

У вас обслуживаются только женщины?

— Нет, и мужчины тоже. Но их гораздо меньше, они заказывают костюмы — им главное, чтобы одежда хорошо сидела и была качественно изготовлена.

Кто из известных клиентов-мужчин у вас обслуживается?

— Таких, чтобы были у всех на слуху — нет. В основном, нотариусы, юристы, банкиры, бизнесмены.

А из женщин?

— Аня Турчинова, Юлия и Женя Тимошенко, Людмила Омельченко, Марина Кинах, Елена Семиноженко, Наталья Вакуленко.

Много ли капризных клиенток?

— Хватает. Но, как правило, они не такого высокого ранга. Чем выше должность человека, тем менее он капризен.

Как вы это объясняете?

— Наверное, таким людям уже ничего не надо доказывать. Капризны те, которые только-только начинают чего-то добиваться. И еще домохозяйки — жены богатых бизнесменов.

Что нужно дизайнеру, чтобы его заметили?

— Для того чтобы заметили, нужно сделать что-то заметное.

Но в вашем случае свою роль сыграл состоятельный муж.

— На первых порах — да. Но если бы я не участвовала в конкурсах, то, не видя моих работ, люди не доверяли бы мне. Нужно всегда участвовать в конкурсах и показах — это все опыт. Сшить коллекцию или конкурсный наряд — немалый труд. Прошло мероприятие — ты просматриваешь видеозапись, анализируешь. С каждым конкурсом растет качество изделий. Мне лично помогает мой институтский преподаватель Ольга Мамчич — она никогда не льстит, говорит как есть.

Основы фэшн-бизнеса

Кого считаете своими конкурентами? Как формируются конкурентные отношения на вашем рынке?

— К сожалению, я ни с кем из дизайнеров не дружу. Приятельствую с Тарасом Краскиным и Людой Кисленко. Что касается конкуренции, то лично я к дизайнерам не отношусь как к конкурентам. Основа фэшн-бизнеса — творческая работа. Сколько дизайнеров — столько и вкусов, столько и потребителей. У клиентов настолько разные вкусы, что все дизайнеры могут быть востребованы. В Украине фэшн-бизнес пока еще слабо развит, следовательно, рано говорить о серьезной конкуренции. Большинство украинских дизайнеров не имеют даже приличных салонов, не то что шикарных бутиков.

Почему?

— Для этого нужны большие деньги. А в нашей стране получение кредита — проблема. Вот я связала себя кредитом (под новый проект. — Авт.) и понимаю, что теперь должна буду работать на банк.

Какую сумму берете в банке?

— Очень большую. Чтобы в нашей стране купить недвижимость, нужно много денег. Но я посчитала, что лучше купить недвижимость в кредит, чем платить арендную плату и жить под угрозой переезда. Тем более что, выплатив кредит, стану собственницей столичной недвижимости.

Когда окупится ваш новый проект?

— Все 15 бутиков плюс обувная и аксессуарная линия должны окупиться за 1,5-2 года. Для этого нужно профессионально работать: с хорошим качеством, интересной продукцией, грамотной PR-кампанией, экспертной оценкой. Все западные компании так работают.

Но за шесть лет вашего пребывания на рынке что-то изменилось?

— Стало больше потребителей дизайнерских услуг. Богатые люди попадают в неловкие ситуации. Как только появляются новые коллекции в Санаханте или Стацио (столичные мультибрендовые бутики), все обеспеченные люди стекаются туда и вмиг раскупают все вещи и обувь. Барышня покупает платье за $10 тыс. и думает, что только у нее одной будет такое. Появляется на светской тусовке, и оказывается, что еще у четырех дам точно такие же платья. Таким образом, наличие денег не гарантирует эксклюзива. Люди тянутся к дизайнерам. Они требовательны и дизайнеры, чтобы сохранить клиентов, вынуждены постоянно повышать квалификацию. В итоге коллекции шестилетней давности и нынешние — небо и земля.

А цены существенно выросли?

— Конечно! В разы. Мои сотрудницы, например, шесть лет назад получали зарплату $100 и это было прилично, сейчас же найти работников на такие деньги — невозможно.

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий