Польза от вреда

Иван Зайцев

Как защитить деловую репутацию компании и за счет клеветника свести к минимуму нанесенный им ущерб

Иногда достаточно одного случая распространения негативной информации о компании, чтобы ее безупречная репутация, создаваемая годами, оказалась безнадежно испорченной. Так случилось с известной аудиторской фирмой Arthur Andersen и энергетическим концерном Enron, так было и с другими мировыми брендами, запятнавшими свою честь и канувшими затем в небытие. Однако далеко не всегда информация, ставшая достоянием общественности, бывает правдивой. Конкуренты нередко сознательно распространяют сведения, порочащие деловую репутацию компании, чтобы занять ее место на рынке. В таком случае можно свести к минимуму вред, причиненный негативной информацией, заставив клеветника возместить ущерб. Для этого необходимо лишь обосновать связь между действиями конкурента, обнародовавшего информацию, и понесенными предприятием убытками.

Что есть вред

Точного определения, какие именно действия могут считаться нанесением вреда деловой репутации предприятия, не существует. Светлана Романова, юрист компании «Бейкер и Маккензи», считает, что нанесением вреда деловой репутации предприятия могут считаться любые действия, в какой бы форме они ни совершались, повлекшие за собой ухудшение публичного имиджа компании и, как следствие, снижение стоимости бренда.

Эксперты выделяют несколько основных способов распространения информации, наносящей урон деловой репутации (гудвилу) компании. Прежде всего, это публикация в СМИ информации, прямо или опосредованно порочащей компанию. Например, сведений о том, что предприятие уклоняется от уплаты налогов, не расплачивается с поставщиками, находится на грани банкротства или связано с криминалом. Другой часто встречающийся вариант — рассылка писем клиентам и контрагентам компании, в которых сообщается о действительных или мнимых проблемах предприятия, о возможных изменениях его рыночной стратегии или, скажем, о теневой смене собственников. Негативные сведения могут передаваться и устно, например, в непринужденной застольной беседе конкурента с поставщиком либо клиентом компании.

Важно помнить, что правдивость сведений о компании играет ключевую роль в наказании виновных в их распространении. Наталья Кочергина, старший юрист юридической компании «Ди Эл Эй Пайпер Украина», отмечает, что опубликование правдивых сведений не является нанесением вреда гудвилу компании. Например, если у компании на самом деле ухудшились финансовые показатели, то уведомление об этом контрагентов предприятия не может рассматриваться как нанесение урона деловой репутации. Правда, Светлана Романова уточняет, что если опубликованные сведения относились к конфиденциальной информации, то с распространителем можно судиться за нарушение условий конфиденциальности или правил честной конкуренции и разглашение коммерческой тайны.

Максим Лавринович, управляющий партнер юридической компании «Лавринович и Партнеры», выделяет еще один вид нанесения ущерба деловой репутации — несанкционированное использование торговой марки. Продавая контрафактную продукцию под известным брендом, конкурент не только наносит прямые экономические убытки предприятию (незаконное использование ТМ, сокращение объема продаж правовладельца), но и вредит деловой репутации, поскольку падает доверие потребителя к товарам настоящего владельца прав на торговый знак.

Любой из перечисленных видов нанесения вреда деловой репутации компании может быть основанием для обращения в суд с требованием компенсации убытков, нанесенных действиями заинтересованных юридических и физических лиц.

Защитная реакция

Наталья Кочергина обращает внимание, что, помимо судебных инстанций, эффективной защитой от «черного пиара» может стать обращение в Антимонопольный комитет. По мнению эксперта, в обращении к АМК есть ряд существенных преимуществ. Прежде всего, для начала расследования о недобросовестной конкуренции необходимо лишь представить доказательства того, что распространитель информации является прямым конкурентом предприятия и был заинтересован в предании огласке порочащих сведений.

То есть достаточно обосновать, что конкурент получает экономическую выгоду от опубликования информации, например, переманивает клиентов. Во-вторых, рассмотрение подобных дел происходит в АМК довольно быстро — в течение нескольких недель. А значит, и применение штрафных санкций (в случае доказательства вины) к обидчику компании не заставит себя долго ждать.

Правда, штраф, наложенный антимонопольщиками на нарушителя, пополнит бюджет страны и, кроме морального удовлетворения, никаких выгод пострадавшей стороне не принесет. Поэтому Наталья Кочергина рекомендует практически одновременно с обращением в АМК готовить подачу искового заявления с требованием о возмещении убытков. Благо, доказательства, собранные работниками АМК в ходе расследования, могут быть впоследствии использованы в суде.

Светлана Романова отмечает, что при судебном рассмотрении дел о возмещении ущерба, нанесенного деловой репутации компании, есть несколько важных особенностей. Для суда принципиальным является вопрос о причинно-следственной связи между действиями конкурента и нанесением вреда деловой репутации. То есть, истцу придется доказывать, например, что именно публикация неких сведений в местной прессе нанесла урон имиджу компании, и сумма заявленного истцом морального ущерба является его адекватной компенсацией.

Установить связь между распространением информации и наступлением негативных последствий для компании можно несколькими путями. Например, если клиент или поставщик решает разорвать контракт, можно попросить его указать причины расторжения договора. Если основанием для такого решения стало ухудшение публичного имиджа компании, это послужит доказательством вины конкурента. Также можно проводить опросы клиентов, к примеру, насколько изменилось их отношение к компании после прочтения порочащей публикации.

Другой вариант — сопоставление финансовых отчетов и отчетов по продажам до и после распространения негативной информации. Если финансовые показатели компании ухудшились после появления порочащих сведений, суд может принять это в качестве доказательства о нанесении вреда ее деловой репутации. По такому же принципу с помощью сертифицированной оценочной компании можно оценить гудвил — доброе имя и репутацию компании — до и после опубликования негативной информации. Если, по заключению оценщика, стоимость репутации уменьшилась, и причина тому — распространение порочащих сведений, данное заключение также может быть представлено в суд для обоснования причинно-следственной связи.

По словам Светланы Романовой, начинать сбор доказательств для подтверждения причинно-следственной связи необходимо задолго до подачи искового заявления, поскольку максимальный срок рассмотрения дела в суде первой инстанции по хозяйственным делам — 2 месяца, а собрать достоверную доказательную базу за столь короткий срок достаточно сложно. Но в любом случае, как утверждает Ирина Марушко, партнер юридической фирмы «Лавринович и Партнеры», достоверность и обоснованность предъявленных доказательств будет подтверждать суд. Эксперт считает, что если опрос клиентов проводился самой пострадавшей компанией без привлечения компетентных социологических или маркетинговых организаций, то суд может счесть предъявленные результаты недостоверными и не принять их во внимание.

Чтобы лучше понять, какого рода доказательства могут оказать решающее влияние на решение суда, Ирина рекомендует оценить последствия распространения негативной информации по нескольким критериям и по пятибалльной шкале. Это: резонанс в обществе, среди партнеров и клиентов компании; финансовые и временные затраты на устранение негативного влияния на имидж; влияние опубликованных сведений на коллектив и его производительность; последствия распространения информации для планов и перспектив развития компании.

Калькуляция ущерба

После того, как доказательства собраны, необходимо рассчитать сумму ущерба и потребовать ее компенсации. По мнению Ирины Марушко, полностью компенсировать деньгами ущерб, нанесенный деловой репутации, нельзя, прежде всего, из-за невозможности абсолютно точно оценить сумму такого урона. Как правило, при расчете суммы компенсации нанесенного ущерба деловой репутации используются экономические критерии, показывающие ухудшение финансовых показателей компании. Светлана Романова считает, что ущерб, нанесенный деловой репутации компании, можно условно разделить на две группы. Первая — прямой экономический ущерб. Например, падение объемов продаж, расторжение договоров с контрагентами, финансовые и временные затраты персонала на нейтрализацию негативных последствий, затраты на подбор и обучение новых работников (если часть сотрудников уволилась из-за скандала). Вторая группа — непосредственный ущерб деловой репутации. Именно эту часть ущерба сложнее всего рассчитать и обосновать в исковом заявлении. Например, потерю клиента можно трактовать и как экономический ущерб (потеря покупателя), и как моральный (недовольство клиента, его отрицательные отзывы о компании среди других покупателей). Однако достоверно установить, сколько потенциальных клиентов и партнеров предприятие потеряло вследствие опубликования неправдивых данных, практически невозможно.

Максим Лавринович обращает внимание, что далеко не всегда наступление экономических последствий для компании совпадает во времени с распространением порочащих ее сведений. Иногда предприятие начинает нести убытки через два-три месяца после обнародования информации. По мнению юриста, отсутствие мгновенных материальных потерь фирмы не говорит о том, что ущерб репутации компании нанесен не был.

Наталья Кочергина утверждает, что иски о возмещении исключительно морального ущерба встречаются довольно редко. Как правило, требование о компенсации нанесенного урона деловой репутации — лишь одна из составляющих искового заявления. Например, исковое требование компенсировать прямые финансовые потери компании от незаконного использования торговой марки, и — как его составляющая — требование возместить урон деловой репутации предприятия из-за продажи некачественной продукции под чужим брендом.

Поскольку достоверно рассчитать сумму нанесенного ущерба имиджу компании практически невозможно, отечественным предпринимателям приходится самостоятельно решать, какую сумму возмещения требовать с распространителя информации. Однако окончательное решение о соответствии заявленной суммы действительному урону все равно принимает суд.

---

ЭКСПЕРТиза

Светлана РОМАНОВА, юрист международной юридической фирмы «Бейкер и Маккензи»

— Один из самых важных вопросов при подаче иска о защите деловой репутации — правильное определение ответчика и других участников судебного процесса. Иногда ответчик очевиден, например, конкурент распространил среди контрагентов компании заведомо ложные сведения или журналист в своей статье опубликовал недостоверную информацию как доказанный факт. В других же случаях его необходимо устанавливать, так как, в зависимости от конкретной ситуации, круг ответчиков может быть достаточно широким.

Правильное установление ответчика необходимо для определения подведомственности и подсудности спора, что, в свою очередь, может существенно сузить или расширить процессуальные возможности истца.

Так, если ответчиком является юридическое лицо, то при рассмотрении спора в хозяйственном суде компания-истец будет иметь ограниченные возможности использования доказательств, по сравнению с рассмотрением дел в судах общей юрисдикции (если ответчик — физическое лицо). В суде общей юрисдикции, наряду с другими методами доказывания, истец имеет возможность использовать свидетельские показания.

Ирина Марушко, партнер юридической фирмы «Лавринович и Партнеры»:

— Стоит обратить внимание, что, помимо подачи иска о защите деловой репутации юридического лица, против распространителя порочащей информации могут быть поданы иски и о возмещении морального ущерба. Например, от директора компании, который из-за опубликования негативных сведений о компании перенес некие моральные и физические страдания, скажем, вынужден был взять больничный или потерял уважение коллег.

Практически каждый сотрудник опороченной компании может подать в суд иск о возмещении морального ущерба против распространителя ложной информации. По украинской судебной практике, иски о защите чести и достоинства физического лица имеют гораздо больше шансов быть удовлетворенными, чем иск юрлица о защите деловой репутации. Необходимо помнить, что если информация, наносящая ущерб деловой репутации украинского предприятия, опубликована в зарубежном издании, то иск о возмещении ущерба можно подавать в украинский суд.

Прежде всего, это касается стран ближнего зарубежья. Однако если порочащая статья вышла, например, в английской газете, то придется обращаться в суд Соединенного Королевства. А вот если эта статья была перепечатана отечественным изданием, то в качестве ответчика можно привлекать украинского издателя.

Истории из жизни

Язык твой — враг твой

Несколько лет назад одно украинское предприятие оказалось втянутым в судебную тяжбу с налоговыми органами. Ссылаясь на наличие некоего налогового долга, сотрудники налоговой милиции конфисковали часть имущества предприятия. Предприятие обратилось в суд, настаивая на незаконности действий налоговых милиционеров, требуя возврата имущества и компенсации понесенных убытков. Одновременно руководители компании решили привлечь к конфликту внимание СМИ.

Спустя некоторое время в уважаемом отечественном издании вышла статья, посвященная данной проблеме. В рамках статьи были опубликованы и два интервью — одно — с гендиректором пострадавшего предприятия, другое — с начальником отдела налоговой милиции ГНИ. В интервью начальник налоговых милиционеров очень скупо говорил о предполагаемом налоговом долге предприятия и о законности действий своих подчиненных. Гораздо больше внимания он уделил деятельности предприятия-истца, утверждая, что оно и продукцию выпускает низкого качества, и с партнерами не рассчитывается, и компенсировать убытки потребителей не хочет.

Такие действия начальника отдела НМ адвокаты компании расценили как нанесение вреда деловой репутации компании и дополнили свое исковое заявление требованиями о защите деловой репутации и компенсации нанесенного ущерба. Сумма иска составила несколько миллионов гривен. Однако до возмещения ущерба, нанесенного репутации фирмы, дело не дошло — налоговики пошли на попятную, вернули деньги за конфискованное имущество, а также согласились публично опровергнуть неправдивые сведения.

Антитеррорист

Предприятие, занимавшееся пошивом спецодежды, наказало своего конкурента, распространившего ложную информацию. В интервью региональной газете руководитель конкурирующей фирмы обвинил руководство компании в том, что значительную часть пошитой одежды они продают различным экстремистским организациям. В ответ юристы опороченного предприятия незамедлительно подали иск в суд о защите деловой репутации и компенсации убытков.

По представленным пострадавшей стороной документам получалось, что из-за обвинения в сотрудничестве с террористами компания потеряла стабильного поставщика, и теперь ей приходится покупать сырье и материалы почти на треть дороже у другой организации. Кроме того, оказалось, что многие покупатели, прочитав статью, отказались покупать продукцию, вследствие чего предприятие понесло серьезные убытки.

Вдобавок ко всему, адвокаты пострадавшей стороны заявили, что весь высший руководящий персонал фабрики не захотел работать на предприятии с опороченной репутацией и уволился. Мало того, практически все сотрудники компании в свою очередь обратились в суд, требуя компенсации морального ущерба от конкурента. Общая сумма исков превысила 20 млн грн.

Публичные извинения конкурента ничего не изменили: руководство предприятия отказалось забирать исковое заявление. Тем не менее до окончательного решения суда дело все-таки не дошло: ответчик согласился выплатить компании значительные отступные, и исковое заявление было отозвано.

IPO подождет

Одна довольно крупная восточноукраинская компания собиралась выйти на Франкфуртскую фондовую биржу с первичным размещением акций (IPO). Однако ее планам не суждено было сбыться из-за опубликования на малоизвестном региональном интернет-ресурсе статьи, в которой говорилось о грядущих проблемах компании. Дескать, и последние результаты налоговой проверки показали уклонение от налогообложения, и в список реприватизируемых предприятий оно включено, и экологический контроль претензии имеет. В течение нескольких часов данная информация была перепечатана, разумеется, со ссылкой на первоисточник, в нескольких серьезных интернет-изданиях. Вскоре эта информация появилась на российских сайтах, а утром следующего дня — и на немецких. Причем за рубежом о проблемах предприятия писали уже как о доказанном факте. Консультанты сообщили руководству, что при сложившейся ситуации размещать акции нецелесообразно — цена окажется значительно ниже потенциальной.

Хотя пресс-служба предприятия отреагировала достаточно быстро, и потребовала от интернет-изданий опровергнуть размещенную информацию, прошло несколько дней, прежде чем все последствия информационной диверсии удалось преодолеть. Подача иска в суд против ресурса, первым разместившим ложную информацию, оказалась бесполезной: формальные владельцы сайта были зарегистрированы в Южной Америке, а автора статьи установить не удалось. Хотя владельцы компании и подозревали в информационной атаке своих конкурентов, доказать это было невозможно.

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий