Только члены профсоюза

Михаил КАЛЬНИЦКИЙ

Профессиональные объединения начала прошлого века были способны на все — от проведения светских балов до организации политических стачек

«Гражданское общество — в особом смысле, употребляемом некоторыми юристами, обозначает совокупность всех лиц, которые в данное время и на данной территории участвуют в образовании».

Энциклопедия Брокгауза и Эфрона

Здание Русского технического общества после революции унаследовали сначала строители, потом геологи. Фото 30-х годов

Элитные союзы

В те времена для успешной деловой карьеры диплом был не обязателен. Купцы не гнались за степенями МВА и в теории маркетинга были несведущи. Первые богачи Киева Николай Терещенко и Лазарь Бродский университетов не кончали. Бухгалтерам и товароведам хватало среднего коммерческого образования (Киевский коммерческий институт начал действовать только в 1908 году). А вот врачам, юристам, инженерам диплом был необходим. На специалистов существовал устойчивый спрос, и за теми, кто делом доказывал свою профессиональную состоятельность, работодатели становились в очередь.

Каждый «пролетарий умственного труда» стремился повысить свою капитализацию, то есть профессионально совершенствоваться — передовым людям того времени был чужд антиглобалистский скептицизм, они искренне верили в научно-технический прогресс. Одновременно с открытием Киевского университета начали появляться общества по специальности.

Начало им положила самая массовая из интеллектуальных профессий — медицина. Уже в 1840 году было организовано Киевское общество врачей, созданное «для удобнейшего сближения врачей и для лучшего развития успехов врачебной науки». Заседания общества проходили при большом стечении публики; их участники разбирали разные необычные случаи из практики, обсуждали необходимые меры в случае эпидемий, знакомились со свежей литературой и новыми медицинскими инструментами. На накладные расходы каждый из членов вносил несколько рублей в год.

Иван Смирнов-Ласточкин, лидер швейного профсоюза «Игла», в кругу киевских ткачей был известен под именем «маленький Ваня»

Со временем подобные объединения охватили представителей других университетских специальностей. Так, в 1869 году организовались естествоиспытатели, в 1872-м было основано Историческое общество Нестора-Летописца, в 1876-м — Киевское юридическое общество. Их члены регулярно собирались, читали и публиковали доклады, а Киевское общество естествоиспытателей благодаря субсидии от Министерства народного просвещения даже устраивало научные экспедиции. Проблем с помещением не было: ученые общества заседали в аудиториях университета.

Параллельно с гуманитариями сформировали свой круг внеслужебного общения и технари. В январе 1871 года было образовано Киевское отделение Русского технического общества. Главным побудительным импульсом к его возникновению стало бурное развитие сахароварения в Киевском регионе. Поэтому на первых порах и к названию самого отделения добавлялись слова: «...по свеклосахарной промышленности», и руководство его собиралось поближе к практике — при Городищенском сахарном заводе Черкасского уезда.

Однако в дальнейшем отделение перебралось в Киев, а к 1914 году один из его руководителей — гражданский инженер Александр Кобелев — соорудил монументальную резиденцию технического общества по нынешней улице Олеся Гончара, 55б (где теперь Институт геологии). Там были не только помещения для заседаний, но и технические школы, учебные мастерские.

Ювеналий Мельников, один из первых рабочих профбоссов Киева

Вообще, Киевское отделение Русского технического общества пользовалось известностью и влиянием; его усилиям Киев во многом был обязан появлением Политехнического института. А в 1910 году, после первых выпусков КПИ, было основано Киевское политехническое общество, объединившее институтских воспитанников.

Корпоративное братство киевских техников отличалось особой сплоченностью и славилось умением не только работать, но и отдыхать. Скажем, в 1893 году довольно ярким событием в жизни города оказался бал, устроенный местной технической интеллигенцией. Репортер газеты «Киевское слово», побывав на балу, засвидетельствовал, что «гг. инженеры и архитекторы еще раз показали свой вкус и уменье сделать все элегантно, красиво, хорошо и в полном порядке».

Троицкий народный дом — колыбель киевских профсоюзов

Право на старость

Менеджеры среднего звена той эпохи — ремесленники, приказчики, мелкие служащие — объединялись ради социальных программ. Жалования людей этого звания были довольно скромны, чтобы можно было скопить капиталец на старость лет. А занятым в частном секторе государство тогда пенсий не выделяло. Так начали возникать общества, которые напоминали обычные пенсионные кассы и кассы взаимопомощи, но по формам деятельности были более разнообразны. Едва ли не старейшим в городе объединением такого рода (открытым в 1874 году) оказалось Киевское фармацевтическое общество взаимного вспомоществования.

Первый параграф устава гласил: «Цель общества — взаимная помощь в настоящем и будущем, а именно доставлять средства неимущим своим членам: а) молодым фармацевтам, нуждающимся в должности или денежных средствах при проживании в университетском городе для держания экзамена; б) больным, не имеющим средств для лечения; в) состарившимся, не могущим добывать собственным трудом необходимых средств для содержания себя и семейства своего, — вообще предоставить членам своим легкий кредит, должность, поддержку и бесплатное лечение».

Средства общества пополнялись членскими взносами — 5 рублей вступительных и от 25 до 50 коп. ежемесячных. Тот, кто пробыл в его рядах не меньше года, мог претендовать на получение ссуды. Она составляла скромную сумму в пределах 150 рублей, но в то время и такие деньги служили изрядным подспорьем. Кроме того, общество содержало квартиру по типу общежития для приезжих соискателей диплома фармацевта, учредило бюро трудоустройства, собрало неплохую библиотеку по специальности. А в начале ХХ в. завело свою аптеку и рассматривало перспективу создания приюта для престарелых коллег.

Из близких по духу объединений можно вспомнить еще, к примеру, Киевское общество взаимного вспоможения приказчиков. Первые собрания его инициаторов также восходят к 1870-м годам. Однако утвердить устав удалось лишь в конце 1883 г. по одной простой причине: многие местные купцы были крайне недовольны растущей грамотностью и сплоченностью своего младшего персонала и старались помешать этой инициативе.

Из Лукьяновского клуба — в Лукьяновскую тюрьму

Киев, как и сегодня, привлекал трудовой люд из провинции. Неприхотливые в быту и в оплате работяги безропотно сносили все тяготы и лишения пролетарской жизни. А ежели кто оказывался недоволен — работодатель сразу указывал на порог.

Так было, к примеру, с одним молодым грузчиком, работавшим на мельнице возле нынешней Почтовой площади. Приходилось грузчикам, надо сказать, несладко. Платили им по 75 коп. в день. За эти деньги они должны были двенадцать часов таскать пятипудовые мешки. Вокруг стояла неимоверная пыль. Деревянные мостки под ногами то и дело ломались, грузчики падали, калечились. А рядом стояли надсмотрщики и чуть что поливали рабочих грязной руганью, доходило и до побоев.

И вот молодой работяга не выдержал. Он подбил нескольких товарищей на подачу официального протеста в администрацию мельницы против грубого обращения и плохих условий труда. Но протест ни к чему хорошему не привел. Бунтаря попросту выбросили на улицу. Его коллеги невесело шутили: «Вот видишь, хозяина зовут Лазарь и тебя зовут Лазарь. Пошел бы ты к нему и сказал бы: «Как же это ты, Лазарь, уволил Лазаря, нехорошо, мол. Глядишь, он устыдится и восстановит тебя, да еще с прибавкой». Рабочие говорили так, потому что мельница принадлежала акционерному обществу «Лазарь Бродский». А молодого грузчика звали... Лазарь Каганович — тот самый, будущий первый секретарь КП(б)У.

В таких условиях труженикам следовало объединиться, создать что-то вроде профсоюза для защиты своих прав. Но не так-то просто было это сделать. Рабочие были разрознены и неграмотны, а политически подкованная интеллигенция не всегда находила с ними общий язык. Счастливое исключение составляли отдельные развитые рабочие, начитанные, красноречивые. Вокруг них сразу собирались кружки и кипели общественные страсти. Одним из таких вожаков стал в Киеве Ювеналий Мельников. Сейчас его имя носит улица на Лукьяновке. Она названа так не случайно: именно здесь, в небольшом домике, стоявшем когда-то близ нынешней станции метро «Лукьяновская», 25-летний Мельников создал в 1893 году первый рабочий клуб. В Лукьяновском клубе активно просвещали рабочих и учили их противостоять хозяевам.

Так вспоминал об этом один из первых киевских марксистов Борис Эйдельман: «Мы решили открыть мастерскую, подготовить двух-трех учеников ремесленных мастерских и, отправив их на заводы, таким образом открыть себе путь к массе фабричных. Так и сделали. Был куплен токарный станок, слесарные инструменты, и Юв. Дм. Мельников сделался учителем-хозяином школы-мастерской. По специальности он был слесарем, но знал кроме слесарного, множество ремесел... А квартира Юв. Дм. Мельникова на Лукьяновке, где помещалась школа-мастерская, сделалась штаб-квартирой социал-демократов-интеллигентов, клубом и университетом для многочисленных посетителей рабочих. Сюда приводили наши ученики своих знакомых. Интеллигенты-пропагандисты присылали сюда для последней высшей шлифовки своих слушателей. Сюда приходили интеллигенты всех киевских групп. Здесь некоторые учились говорить и писать понятным для массы языком. Тут обсуждались новости газетные, велись споры о пропаганде и агитации и раздавались книжки».

Власти, однако, не дремали. Борьба рабочих за свои права была тогда сродни крамоле. Мельникова арестовали, засадили там же на Лукьяновке в тюрьму, а потом в ссылку...

Профсоюзная оперетта

До революции 1905 года зарегистрировать легальный профсоюз было крайне хлопотно — полиция и «голубые мундиры» были всегда готовы пресечь нежелательную активность, либо просто похоронить документы в бюрократической машине империи. Но с 1906 года право выдачи разрешений на открытие деятельности всевозможных обществ получили губернские власти. Процедура оказалась сравнительно несложной.

Нужно было подать ходатайство в специальное Губернское по делам об обществах присутствие, а в нем указать имена учредителей, район действия общества, приложить его устав, где требовалось указать порядок вступления и выбытия членов, размер членских взносов, способ избрания правления, порядок ведения отчетности и тому подобное. Далее заявитель ждал две недели, и если за это время не приходил отрицательный ответ, новое объединение могло начинать действовать.

Количество таких организаций сразу стремительно начало расти. В их числе были и разные отраслевые профсоюзы. В общем-то, рабочие создавали их полулегально еще до 1906 г. Есть сведения о том, что первые профсоюзы трудящихся Киева начали действовать в бурном 1905-м в помещении популярного общественного заведения — Троицкого народного дома.

На фасаде этого здания еще в 1927 году установили мемориальную доску в честь зарождения в его стенах такого значительного дела. Правда, сейчас ее сложно разглядеть: то и дело памятный знак перекрывают рекламные анонсы музыкальных комедий, потому что в бывшем Троицком народном доме ныне находится Театр оперетты.

К концу 1907 года количество киевских профсоюзов достигло 29. Как правило, их уставы открывали доступ в союз тем, кто трудится или служит, но отнюдь не владельцам предприятий. Основной уставной целью профсоюзов обычно было «выяснение и согласование экономических интересов своих членов, а также улучшение условий их труда».

Для этого при союзе организовали юридическую помощь, учредили примирительную камеру для решения трудовых споров, открыли справочное бюро «для приискания мест», т. е. для сбора и распространения информации об имеющихся вакансиях, чтобы в случае конфликта с хозяином работник мог легко уйти от него. В некоторых союзах устав даже вменял в обязанность каждому члену «немедленно сообщать Правлению обо всех известных ему вакантных местах».

Ничего противозаконного в этих объявленных задачах вроде бы не было, но полиция вскоре отследила бесспорную связь между действиями профсоюзов и активизацией забастовочного движения. Начались придирки, один за другим союзы закрывались, загонялись в подполье. Во времена премьерста Столыпина их можно было пересчитать в Киеве по пальцам одной руки.

Среди немногих уцелевших союзов в ту пору было и объединение официантов и номерных. Казалось бы, у этих профессий нет таких проблем с условиями труда, как у металлургов или грузчиков. Однако и официантам приходилось вести борьбу за свои права. Во-первых, у них был едва ли не самый длинный рабочий день, достигавший 17-18 часов. Во-вторых, хозяева неизменно требовали свою долю чаевых, запрашивая непомерные суммы.

Да еще рестораторы норовили урвать свое, вымогая залог то за столовую посуду, то за свежие скатерти. И вот в 1909 году профсоюз дал согласие на забастовку официантов популярнейшего «злачного места» — кафешантана «Шато-де-Флер». На время стачки бастующие получали от союза пособие: полтинник в день. Владельцы заведения смутились. Убытки от простоя возрастали с каждым днем, а заменить отборных, вышколенных официантов кем попало было невозможно. И бастующие победили. Хозяевам пришлось умерить свои аппетиты.

Но с 1912 года нажим на профсоюзы несколько ослабел. А год спустя успешной акцией союзов стало участие во Всероссийской выставке 1913 года. Им поручили подготовить материалы для ремесленного отдела. И экспозиция оказалась сродни разорвавшейся бомбе! На выставке в общей сложности побывали около миллиона человек, и все они могли узнать о том, что, скажем, портные работают в среднем по 12 часов в сутки, сапожники — 14-16 часов, а пекари проводят на рабочем месте порой по 20 часов в сутки. При этом значительная часть производственных помещений находится в сырых подвалах, лишенных вентиляции. А платят работникам обычно сущие гроши — 20-30 рублей в месяц... Эти скандальные данные вынудили власти надавить на работодателей через санитарные службы. Профсоюзам оставалось недолго ждать полной легализации — до февраля 1917 г.

---

Кстати

Принятые в 1906 году правила подразделяли общественные структуры на три группы. Первая — собственно общества как «соединения нескольких лиц, которые, не имея задачей получение для себя прибыли от ведения какого-либо предприятия, избрали предметом своей совокупной деятельности определенную цель».

Вторая — союзы, то есть «соединение двух или нескольких таких обществ, хотя бы через посредство их уполномоченных». И третья — «профессиональные общества, учреждаемые для лиц, занятых в торговых и промышленных предприятиях, или для владельцев этих предприятий».

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий