Персона

Паркетный капитан

Беседовал Роман КУЛЬЧИНСКИЙ, фото Константина ИЛЬЯНКА

Почти год экс-глава ГНАУ, экс-министр финансов Николай Азаров был недосягаем для журналистов и, если верить некоторым политикам, «не при делах». Если верить другим, за это время он значительно укрепил и без того неплохие бизнес-отношения с Петром Порошенко. Устраивая встречу с Азаровым, пресс-секретарь намекнул, что его шефу интересно рассуждать только на «профессиональные темы». Когда вопросы Контрактов выходили за рамки этих тем, бывший вице-премьер смотрел на часы и вспоминал, что опаздывает на встречу

Чепуха реформ

Под вашим руководством налоговая служба превратилась в мощный бюрократический организм. Что было самым трудным в процессе создания ГНАУ?

— Организация системы подготовки кадров. В Украине практически не было людей, которые знали бы, как собирать налоги в условиях переходной экономики. Мы создали Академию налоговой службы, региональные центры повышения квалификации. Ведущих специалистов направляли на стажировку за границу, приглашали иностранных консультантов для обучения руководителей и т. д.

Вторая проблема — старая как мир — коррупция. Мы создали управление внутренней безопасности. Борьба с коррупцией в налоговой службе велась жестко, соответствующая программа была рассчитана на годы. Но карательные меры (а наказывали мы строго — за год увольняли до тысячи работников) не являются панацеей. Необходимо прозрачное законодательство, исключающее произвольное трактование налоговых норм. Если только увольнять и наказывать — ничего не достигнешь. Придут другие, увидят дырки в законодательстве, присосутся к ним и начнут собирать деньги. Кстати, сейчас, насколько мне известно, бизнесмены ностальгируют по временам, когда в ГНАУ работала наша команда.

Не нравится, как работают ваши преемники?

— Никогда не давал оценок ни своим предшественникам, ни преемникам. Это неэтично. Оценивать должны бизнес-среда и президент.

В правительстве Тимошенко многие эффективные политики оказались посредственными управленцами. Почему?

— Министр должен в совершенстве знать свою отрасль, ее риски и потенции, знать персонал ведомства, его сильные и слабые стороны. Министр должен организовать системы сбора и анализа информации, контроля над выполнением решений. Это минимум. В отдельных случаях признанные трибуны просто не готовы к ежедневной системной кропотливой работе.

Существует мнение, что реформы тормозит сопротивление чиновников среднего и низшего звена. Как это сопротивление преодолеть?

— Это чепуха. Все зависит от эффективности руководителя. Он обязан подобрать персонал (заместителей, начальников департаментов и т. д.) под задачи министерства. И немедленно реагировать, если кто-то не выполняет принятое решение. Эффективность управления определяется обратной связью: решение принято, выполняется, выполнение контролируется... Если на каком-то этапе этот процесс саботируется, тогда управленец немедленно принимает меры. Если человек мешает, его надо отстранить от должности, подобрать другого. Если дело не в людях, а в условиях, необходимо найти ресурс, создать условия. Там, где есть нереализованные благие намерения, либо у руководителя нет достаточных полномочий (ресурсов), либо он неэффективен.

Во время президентских выборов оппозиция обвиняла налоговиков в давлении на предприятия политиков-оппозиционеров. Кто давал указание давить?

— Такие команды не поступали. Я пытался создать условия, которые сделали бы невозможными инициативы по политическим соображениям. Месяцев за восемь до очередных выборов издал приказ, запрещавший проверки СМИ. С моей подачи был введен единый общегосударственный годовой план проверок. В него вошли предприятия, которые в прошлом отчетном периоде работали с рисками нарушений налоговых норм.

Я этот список никогда не читал, никого оттуда не вычеркивал и не добавлял. Это была довольно толстая книга. План проверок визировали соответствующие работники ГНАУ и потом он вывешивался в интернете. За это меня серьезно критиковали. Но такая система делала невозможными политические репрессии в отношении тех или иных предприятий. На внеплановые проверки я накладывал мораторий до завершения выборов. Я реалист и понимаю, что благие намерения на местах иногда искажались. Но система вводилась.

Во время работы на должности первого вице-премьера и министра финансов вас часто критиковали за жесткость при реализации того или иного решения. Например, за НДС-счета. Сейчас вы согласны с этой критикой?

— Всегда воспринимал изучение прессы как часть своих обязанностей. Мне лично критика помогает. Контракты, например, читаю лет десять. Никогда не горячился из-за публикаций, но если было общественное беспокойство, считал необходимым разобраться. Не всегда соглашался с критикой в отношении налоговой политики государства, поскольку интересы бизнеса, которые чаще всего отстаивают деловые издания, и интересы общества в целом — не всегда одно и то же. Что касается жесткости... Вы бы доверились врачу, который колеблется применить четко определенное лечение, откладывает процедуры «на потом»? Это же безответственность с тяжелыми последствиями.

Вам не кажется, что балансирование интересов бизнеса и общества в Украине затянулось?

— Темпы роста ВВП могут не совпадать с уровнем экономического развития, ведь последнее вбирает в себя все те составляющие человеческого развития (социальные, гуманитарные, культурные, интеллектуальные), которые опираются на рост. Например, повышение уровня медицинского обслуживания или ликвидация бедности, создание условий, при которых каждая семья имеет квартиру.

На протяжении пяти лет мы констатируем достаточно высокие темпы экономического роста в Украине, вместе с тем абсолютно очевидно, что порожденные этим ростом надежды людей на соответствующий рост благосостояния не оправдались. Эти параметры затормозились, что вызвало возмущение, ощущение несправедливости и неправильности организации государства. Необходимо найти оптимальное соотношение интересов общества и капиталов. В странах, где оно найдено, существуют стабильность и гармония. Поиск такого соотношения — главная стратегическая задача.

Когда будет реформирована налоговая система?

— Это неоднозначный вопрос, предполагающий неоднозначный ответ. Наше правительство руководствовалось тем, что экономика должна пройти восстановительный период, выйти на объем ВВП выше уровня 1990 года и вступить в фазу стабильного экономического развития. Мы начали практическую налоговую реформу, пошли на существенное снижение налогов на прибыль, на доходы физических лиц, готовили поэтапное снижение ставки НДС, закрепили систему упрощенцев, внедряли СЭЗ, ТПР, технопарки.

Другими словами — создавали лояльные режимы для частной инициативы, инвестиционных проектов. Сегодня Украина переживает период, когда грамотное снижение налогов (то есть просчитанное, поэтапное, не резкое) должно продолжаться до тех пор, пока экономика не выйдет на стабильные темпы роста. Потом нужно смотреть: если доходы бюджета покрывают нужды общества, следует продолжить снижение налоговой нагрузки.

На рыбалку без Пискуна

Стремительная карьера экс-генпрокурора Святослава Пискуна началась в ГНАУ. В чем ее секрет?

— Скажу то, что знаю наверняка. Я познакомился с Пискуном, когда кадровики налоговой службы предложили его кандидатуру на должность заместителя начальника следственного управления налоговой милиции. Тогда эта служба только создавалась. Святослав Михайлович сумел наладить работу, подобрал кадры, разработал необходимые нормативы, словом, продемонстрировал неплохие результаты. Соответственно, когда возник вопрос о назначении руководителя следственного управления, кандидатура Пискуна на эту должность была логичной. Но мы с ним встречались редко — в основном он контактировал с начальником налоговой милиции.

Сейчас вы поддерживаете отношения с Пискуном? Поговаривают, что вы друзья.

— Смотря что вкладывать в понятие «дружба». На рыбалку или охоту мы с ним не ездим. Иногда встречались на днях рождения или других праздниках. Общались, но служебные темы не обсуждали. У меня не было желания погружаться в работу Генпрокуратуры.

У вас есть общий бизнес с Петром Порошенко?

— Нет. На протяжении карьеры я тщательно относился к чистоте репутации, отвергал сочетание госслужбы и бизнеса. Хотя Порошенко знаю достаточно давно. Его становление как бизнесмена и политика проходило у меня на глазах. Когда он стал главой бюджетного комитета ВР, наши с ним контакты участились, поскольку работа министра финансов была плотно связана с этим комитетом. Недавно прочитал интервью Медведчука, в котором он утверждает, что я довольно часто заходил с Петром Порошенко к президенту Леониду Кучме в период передачи власти. Возможно, Порошенко и заходил к Кучме, но не со мной.

Взгляд на Криворожсталь

Трудно ли было работать на должности и.о. премьера после оранжевой революции?

— Мне не повезло. В стране был острый политический кризис. Самые сложные моменты были связаны с потерей управляемости части госаппарата, паникой на потребительском рынке, люди начали массово снимать средства с депозитов, выводить деньги за границу, подскочил курс доллара, началась скупка товаров длительного пользования, объемы производства резко пошли вниз.

Более того, регионы прекращали отчисления в государственный бюджет. Все это напрягало. Мы делали все, чтобы минимизировать отрицательные последствия, и сумели остановить коллапс. В январе, передавая дела новому премьеру, я заявил, что социально-экономическая ситуация нормальная, экономика сохранила темпы роста, валютный курс стабилизировался, поступление налогов — ритмичное, в конце января мы выплатили зарплаты и пенсии за этот месяц, имели необходимые запасы зерна, газа, нефти.

Куда целесообразно направить поступления от приватизации Криворожстали?

— Эти деньги нужно рассматривать как краткосрочный кредит. Компания господина Миттала взяла приблизительно $3,5 млрд в кредит и, разумеется, будет этот кредит возвращать за счет работы Криворожстали. Эти деньги новый собственник выведет из Украины. Поэтому я не вижу оснований впадать в эйфорию и абсолютизировать полученные деньги. Это не инвестиционный ресурс.

Кстати, в соответствии с международной методологией доходы от приватизации не являются бюджетными ресурсами. На протяжении двух лет моей работы в правительстве, у нас были постоянные споры с МВФ по этому поводу. Меня постоянно упрекали, что у Украины большой дефицит бюджета. Этот пункт в выводах миссий Фонда фиксировался как противоречивый. Сейчас, кстати, не слышно упреков МВФ в адрес нового правительства, которое приватизационными средствами собирается покрывать еще и дефицит Пенсионного фонда.

Нужно ли продолжать приватизацию крупных объектов? Президент заявил, что Укртелеком будет продан в следующем году.

— Я сторонник приватизации. Тем не менее, когда речь идет о стратегически важных предприятиях, определяющих ценовую политику в целых секторах экономики, нужно десять раз взвесить: стоит ли продавать контрольный пакет? Если инвестора интересует определенное предприятие, он может купить 30% акций и принимать участие в управлении. Но контроль в отношении предприятий, от которых зависит экономическая безопасность страны, нужно оставлять за государством. Тем более, что у нас есть масса других объектов, которые можно выставлять на продажу. К приватизации Укртелекома нужно подходить осторожно — следует начать с продажи пакета акций, который не блокирует управление компанией.

Глава ФГИУ Валентина Семенюк заявила, что Укртелеком на грани банкротства. Эта информация соответствует действительности?

— Меня удивляет, как такая структура может быть убыточной. К сожалению, в предыдущие годы часто использовалась практика, когда государственное предприятие доводили до банкротства, а потом продавали по заниженной цене.

Философия и мандат

Вы будете баллотироваться в парламент?

— Наверное.

Чем вы занимались после отставки?

— У меня никогда не было вдоволь свободного времени. В этом году оно появилось. Я его использовал на осмысление того, что было сделано и что происходит в стране. Выводы использую в политике, в которую сейчас окунулся. Кстати, работаю над исследованием под рабочим названием «Капитализм и демократия».

В обществе есть стремление к демократии как к средству защиты своих прав. Не секрет, что за многими партиями стоят ФПГ. Они финансируют избирательные кампании, а иногда пытаются достичь власти напрямую. А мы говорим об отделении власти от бизнеса. Эта декларация, в принципе, правильная, но реальность иная. Пытаюсь дать ответ, как нам выйти из этой ситуации.

Также задумываюсь над работой, где изложу свое видение движения Украины в Европу. Меня интересует, как будет развиваться Россия, не будет ли у нас противоречий. Я вижу Украину страной европейской, но не противопоставлял бы ее России, которая тоже будет двигаться в направлении европейской цивилизации, несмотря на то что РФ — полностью евразийская страна.

Если украинская элита создаст долгосрочную концепцию развития страны, будет значительно легче планировать действия на краткосрочные периоды. Такие государства, как США, Россия, Китай, страны Европы, имеют научные центры, вырабатывающие стратегию, подходы, концепции, рассчитанные на десятилетия. Если знаешь, куда идти, попутный ветер найти легче.

Как вы отдыхаете?

— Как все. В этом году ездил на море. Люблю гулять в лесу вместе с женой, читать книги. Особенно исторические. Если говорить о художественной литературе, недавно открыл для себя Набокова. Не раз начинал его читать, но относился к его вычурному стилю с предубеждением. Когда появилось свободное время — увлекся, прочитал все, что нашел. Что касается исторической литературы, в этом году прочитал множество трудов Льва Гумилева.

Он много внимания уделяет истории территорий, на которых расположена Украина. Не все его гипотезы оправданны, но Гумилев дает ключ к пониманию непростой проблемы отношений Украины с Россией. Он натолкнул меня на интересные размышления о том, насколько естественно наше стремление к евроинтеграции. Мы утверждаем, что находимся в центре Европы, но где наши корни, как скоро мы сможем ментально сблизиться с чехами или немцами?

Какой урок вы извлекли из работы в правительстве?

— Главное — не обманывать себя. Например, в этом году власть отрапортовала, что в Украине создано около 800 тыс. рабочих мест. Это же десять Криворожсталей! И где они? Создание рабочих мест требует колоссальных затрат и колоссальных усилий. Читаю статистику по рабочим местам и думаю: а где же рост ВВП? Каждое рабочее место должно увеличивать добавочную стоимость. Если кто-то из власти поверил, что у нас 800 тыс. новых рабочих мест, это означает, что в систему принятия государственных решений закладывается неправильная информация. Того, кто рассказывает об этих рабочих местах, нужно выгнать с работы.

---

Досье Контрактов

Николай Янович Азаров. Родился в 1947 году в российском городе Калуга. В 1971 г. закончил Московский государственный университет им. Ломоносова по специальности геолог-геофизик. Защитил докторскую диссертацию на тему «Шахтная геофизика».

1971-1976 гг. — начальник участка, главный инженер геофизической партии треста «Тулашахтосушение» комбината «Тулауголь». 1976-1984 гг. — заведующий лабораторией, заведующий отделом московского научно-исследовательского и проектно-конструкторского угольного института.

1984-1995 гг. — заместитель директора, директор Украинского государственного научно-исследовательского и проектно-конструкторского института горной геологии. В 1986 г. получил степень доктора геолого-минералогических наук, в 1994 г. избран народным депутатом по мажоритарному избирательному округу в Донецкой области.

1995-1997 гг. — глава бюджетного комитета ВР. С 1997 г. — член-корреспондент НАН Украины. 1996-2002 гг. — глава ГНАУ, доверенное лицо президента Леонида Кучмы. 2002-2004 гг. — первый вице-премьер, министр финансов в правительстве Януковича. Во время предвыборной кампании фактически руководил правительством. Конец 2004 — начало 2005 г. — и. о. премьер-министра. Член совета Партии регионов.

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий