Персона

Вольный Стрелец

Роман КУЛЬЧИНСКИЙ, Наталья ГУЗЕНКО

Западноукраинский олигарх Петр Дыминский мог купить любое место в списке любой партии, но не захотел быть политическим статистом. Он инвестировал в партию «ЭКО+25%» и попал. Не в парламент.

Петр Дыминский: есть люди, получающие от политической деятельности финансовую выгоду, но я на политике денег не заработал Фото Светланы СКРЯБИНОЙ

10 секунд на ЧТЕНИЕ

В интервью Контрактам Петр Дыминский рассказал о том, что:

1) Инвесторы не считали денег, потраченных на избирательную кампанию ЭКО+25%

2) У него есть интересы в металлургии, нефтяной промышленности, банковской сфере, но активы переданы в управление

3) Юлия Тимошенко — несвободный политик

4) Он скоро сменит свой Бентли на МакЛарен

В раскрутку ЭКО+25% вложили $15-20 млн. Но партия, набрав 0,47% голосов, даже не приблизилась к проходному барьеру. Не является ли такой результат вашим бизнес-поражением?

— ЭКО+25% — не та политическая сила, на которую были потрачены большие средства. По крайней мере, эти затраты не скажутся на бюджетах наших семей. Это во-первых. Во-вторых, олигархи идут в политику не от безделья. В Украине ситуация такова: если представители крупного бизнеса не занимаются политикой, она занимается ими. Верховная Рада, как когда-то говорил Иван Степанович Плющ, может все. А после введения конституционных изменений — сможет еще больше. При этом, будем реалистами, наш парламент замешан не на принципах, а на частных интересах и политических предательствах. Я никогда не относился к политике как к бизнесу, но вынужден ею заниматься. Кое-кто считает, что Суркис, Ахметов, Дыминский зарабатывают на футболе. Но ведь в реальности футбол — это сплошные затраты. Большая политика — то же самое. Нет, конечно, есть люди, получающие от политической деятельности финансовую выгоду, но я на политике денег не заработал.

Сколько лично вы потратили на проект ЭКО+25%?

— Эта партия является совместным проектом ИСД и группы западноукраинских бизнесменов, которую я возглавляю. Затраты мы не считали, а руководствовались принципом: «Лучше с умными потерять, чем с дураками найти». Впрочем, все вопросы, связанные с бюджетом кампании, мы обязательно рассмотрим. Уже есть договоренность о том, что мы соберемся, посмотрим, сколько средств было потрачено, проведем взаиморасчеты. Все мы что-то потеряли, но, думаю, наши дружеские отношения от этого не пострадают.

Кто инициировал создание этого проекта — вы или ИСД?

— Партия возникла на Востоке Украины, наши партнеры рассматривали ее как локальную силу. Но мы ее поддержали, учитывая то, что сейчас в экологически опасных зонах проживают около 15 млн украинцев. Было принято решение сделать проект всеукраинским. Лично мне — депутату, избранному в экологически проблемном округе, — идеи компенсационных выплат жителям загрязненных регионов совершенно понятны и очень близки. А собственники ИСД — мои давние друзья, мы постоянно общаемся и сейчас трудно вспомнить, кто предложил вложиться в ЭКО+25%. На одной из встреч мы обменивались мнениями по определенным вопросам и решили раскрутить партию. Мы, действительно, пытались сделать доброе дело, но люди, к сожалению, нам не поверили. Ничего не поделаешь — украинцы получили ту власть, которую заслуживают.

Когда вы сошлись с владельцами ИСД?

— Мы — давние знакомые. Во время шахтерских забастовок, кажется, в 1994 году донбасским руководителям срочно понадобились деньги. Главой Донецкой области тогда был Владимир Щербань, Андрей Клюев — одним из его заместителей. Чтобы прекратить забастовку и выплатить людям зарплаты, нужно было $6 млн. Я помог получить эти деньги в течение трех дней.

Разве $6 млн были проблемной суммой для донетчан?

— В то время привлечь такие деньги было действительно проблематично. Ни SCM, ни ИСД, ни АРС тогда не было.

Где же вы взяли эти средства?

— Их под мое слово предоставили серьезные западные бизнес-структуры.

Сейчас ваши бизнес-интересы пересекаются с интересами ИСД?

— Нет, у нас просто дружеские отношения и схожие взгляды на футбол. Владельцы ИСД, как и я, финансируют футбольный клуб.

Говорят, у владельцев ИСД дружеские отношения с президентом. Это так?

— Не думаю, что другие бизнес-элиты враждуют с Виктором Андреевичем. С представителями его окружения — возможно, но не с ним самим.

Почему вы рискнули вложиться в собственный политический проект, а не договорились о месте в списке БЮТ или той же Нашей Украины?

— Попробуйте меня понять — революционный вклад нашей команды намного больше, чем кое-кого из тех, кто попал в ВР по «оранжевым» спискам. После революции у меня были определенные договоренности с Юлией Тимошенко, я выступал с определенными инициативами... Могу вспомнить, как Юлия Владимировна с Виктором Андреевичем уговаривали меня не голосовать за политическую реформу «режима Кучмы». Я тогда входил в состав фракции «Регионы Украины» и, как вы помните, для принятия конституционных изменений не хватило нескольких голосов. Хотя накануне голосования к моему товарищу, депутату Насалику, подходили определенные люди и предлагали за наши голоса $20 млн, мы этих людей отправили подальше...

В общем, если бы я хотел попасть в парламент, я бы там был. Купить место — не проблема. Но меня интересовало, что я буду делать в новом парламенте? Ведь в течение 4 лет я ни разу не выступил с трибуны только потому, что был уверен — мое выступление, моя позиция никак не повлияет на реальную ситуацию. На этих выборах мы стремились получить количество мест, достаточное для создания собственной фракции. Роли статистов нас не интересовали.

Не жалеете, что отказались от денег за голосование конституционных изменений, ведь они все равно были приняты?

— Реформа, которая состоялась, разительно отличается от той, за которую предлагали деньги! Я уж не говорю об обстоятельствах принятия и политических последствиях для страны... Впрочем, в любом случае, измененная Конституция не стала совершенной. Об этом я, действительно, жалею.

Александр Волков рассказывал, что место в проходной части списка БЮТ стоило...

— Я не знаю, кто и что предлагал Волкову. У меня свои отношения с Тимошенко, мы с ней говорили не о деньгах, а о будущем Украины. Но когда я увидел ее команду... Мне кажется, что сейчас Юлия Владимировна не является самостоятельной политической фигурой.

Говорят, что против включения вашей кандидатуры в список БЮТ категорически выступили Николай Томенко и Александр Турчинов. Почему?

— Мне об этом ничего не известно. Но, простите, кто такой Томенко? Турчинов — понятно, простой человек СБУ не возглавил бы. Лично я некоторых министров и губернаторов классифицирую как политических официантов. Уверен, что его никто не посвящал в важные договоренности. Единственный человек, знающий правду о наших отношениях и причину, по которой я не вошел в список БЮТ, — Юлия Владимировна. Но мы родились в один день — 27 ноября, и я думаю, что два Стрельца всегда договорятся. Просто у нее есть обязательства, которые помешали стопроцентно избрать то направление развития, о котором мы договаривались.

О каком «направлении развития» вы договаривались c Тимошенко?

— Я доказывал центральной власти, что на Галичине работают очень серьезные люди, и соответственно нужно считаться с интересами Западноукраинского региона, который привел к власти не одного политического лидера.

Обсуждали создание новой СЭЗ на территории Западной Украины?

— В том числе. Речь шла, конечно, не о таких условиях, как в Донецке, но Украину можно объединить только, когда ее части будут экономически равноправны.

Вы продали долю в НПК «Галичина». На чем зарабатываете сейчас?

— Я не буду заниматься бизнесом еще около полутора месяцев, пока буду депутатом. Могу сказать, что у меня есть интересы в металлургии, нефтяной промышленности, банковской сфере, но мои активы переданы в управление.

Как заработали первые большие деньги?

— Моя карьера была настолько стремительной, что меня подозревали чуть ли не в родственных связях с министром угольной промышленности СССР Николаем Ивановичем Чадовым. Я родился в семье простого шахтера, отец так и умер неграмотным. Я начал бизнес после распада СССР, на то время у меня было достаточно связей (в частности — в Польше), чтобы заработать деньги. Экономика страны тогда, как вы помните, разваливалась, господствовали бартерные схемы расчета. Ко мне обратились друзья, занимавшие высокие должности на Криворожстали, с просьбой организовать поставки угля.

Я организовал. Под гарантии Криворожстали китайская компания «Лин Фу» предоставила кредит в размере $12 млн для закупки польского угля. Потом Криворожсталь через нас продала металл в КНР. Китайцы рассчитались живыми деньгами. Так все и началось: мы поставляли уголь, с нами рассчитывались металлом, мы искали рынки сбыта (главным был Китай). Когда появилась возможность — купил акции НПК «Галичина», и, как говорится, пошло-поехало. Вообще в начале 90-х не надо было много ума, чтобы заработать, были нужны связи. Кстати, с Юлией Владимировной я познакомился именно тогда. Она поставляла на Криворожсталь газ.

Насколько близки ваши отношения с Игорем Еремеевым, руководителем штаба Литвина?

— Игорь — мой близкий товарищ. Мы были бизнес-партнерами и, когда сложим депутатские полномочия, продолжим совместные проекты. Но я за свой век уже наработался, хочется отдохнуть. И мне приятно, что у меня есть такие партнеры, как Игорь Еремеев, Сергей Глазур, Степан Ивахив, которым я могу доверить ведение бизнеса. Молодых, способных, талантливых бизнесменов в Украине немного.

Затраты на избирательную кампанию блока Литвина не меньшие, чем у ЭКО+25%. Какую сумму потеряла на выборах группа бизнесменов, которую вы возглавляете?

— Меня не интересует, сколько денег потратил блок Литвина. С Еремеевым мы никогда не обсуждали политические вопросы.

Зачем вам футбольная команда?

— Во-первых, когда-то я играл в футбол профессионально. Во-вторых, у меня есть мечта — сделать из львовских «Карпат» народную команду. Когда она осуществится — мы откажемся от легионеров. В Украине достаточно талантливой молодежи. Концепция народной команды предполагает создание ОАО с участием государственного инвестора и простых болельщиков, среди которых будет рассредоточен блокирующий пакет акций. Мы уже сделали первый шаг в этом направлении — опубликовали бюджет ФК «Карпаты», прошли аудит налоговой службы. Расходы на клуб составляют около $4,5 млн. Кстати, аналогичных шагов, насколько мне известно, не сделал ни один украинский клуб.

Что вас больше интересует — политика или футбол?

— Конечно, футбол. А еще я люблю путешествовать. Рыбачить, охотиться, но футбол — превыше всего. Это та сфера деятельности, где я надеюсь сделать то, чего не смог сделать как политик.

У вас есть время на отдых?

— Сейчас — без ограничений. Отдых — это когда получаешь удовольствие и ни в чем себе не отказываешь. Я, скажем, люблю ходить на яхте. В последний раз ходил к побережью Хорватии. Запомнилась ночная рыбалка на Кипре. Мы раскинули сети в радиусе 10 км, вытягивать их собственноручно было очень тяжело. С возрастом все больше увлекаюсь большим теннисом. Сейчас собираюсь поехать в один из лучших мировых отелей, где можно жить прямо посреди поля для гольфа. Хочу научиться этой игре. Как говорит мой врач, пришло время любить себя, здоровье дает о себе знать. Также занимаюсь коллекционированием: собираю первые украинские деньги. У меня даже есть часть типографии, печатавшей деньги УНР.

Врагов у вас много?

— Нет, как ни странно. Из Нашей Украины я ушел сам, но ни один политик из этого лагеря не может сказать, что я сделал что-то неправильно. Из Регионов Украины меня исключили из-за того, что не поддержал политическую реформу, но у меня прекрасные отношения с представителями этой силы. Когда Виктор Федорович был премьером, я с ним неоднократно встречался, на праздники мы ездили к нему в гости. Хорошие отношения у меня с социалистами и даже с коммунистами. Возможно, из-за того, что я всегда стремился придерживаться четкой понятной позиции, мне как политику импонировала независимость. Думаю, мне удалось сохранить моральное право говорить правду.

Виктор Федорович дома такой же, как на телеэкране?

— Донбасс порожняк не гонит. Виктор Янукович — человек, который держит слово. Как, кстати, и большинство его однопартийцев.

Почему же вы поддержали революцию, а не Януковича?

— В жизни иногда приходится поступать независимо от собственных симпатий-антипатий. Например, в 1989 году бастовали шахтеры. Мощный Советский Союз имел самую большую армию в мире и самые сильные карающие органы, но я поддержал шахтеров, а не власть, хотя был членом КПСС. Во время революции также поднялся народ, который, на мой взгляд, таки является носителем власти. Я не был оторван от жизни, знал настроения граждан накануне революции, знал стремления Виктора Ющенко.

Кстати, еще до того, как стать депутатом, я поддерживал отношения с идеологически близкими мне политическими силами, например, с НРУ. Сейчас у меня прекрасные отношения с Юрием Костенко, который, кстати, вот-вот ко мне придет... Я родился на востоке, но мое сердце принадлежит Западной Украине, в общем, во время революции я не мог поступить иначе.

Не было страшно, когда вас отрядили работать в Западную Украину? Ведь советская пропаганда активно раскручивала мифы о бандеровцах.

— Нет. Еще в студенческие времена, когда учился в Кривом Роге, я ездил покупать джинсы во Львов, там была лучшая барахолка. С тех пор перестал обращать внимание на пропаганду. Кстати, памятник вождю пролетариата на моей шахте был первым из демонтированных в Украине.

Вы были инициатором?

— Нет. Инициатором был рабочий класс. Ко мне пришли только что освобожденные из заключения Степан Хмара и Вячеслав Чорновил и предложили снять памятник Ленину, находившийся на территории шахты. Спустя некоторое время приехал утром на работу и увидел — Ленин стоит с лопатой в руках, в шахтерской каске на голове, весь измазанный мазутом. Я дал указание отправить памятник на склад. На следующий день демонтировали памятник на центральной площади Червонограда. Это событие показали все ведущие телеканалы мира.

Почему вы ездите именно на Бентли?

— Это один из лучших и самых безопасных автомобилей. У меня было много машин, думаю, Бентли — не последняя. Не исключаю, что скоро захочется покататься на МакЛарен. Правда, этот автомобиль дороговат.

На Львовщине вас называют «крестным отцом». Почему?

— Не знаю. Почему-то все, что делается в Западной Украине, связывают со мной. Я к этому отношусь спокойно. Антиреклама — это тоже реклама.

---

Карьера олигарха (схема)

В 2002-2006 гг. — народный депутат Украины

В 1998-2002 гг. — председатель совета директоров фирмы «Західпромінвест», президент ООО «Европа-2», председатель наблюдательного совета АО «НПК-Галичина»

В 1992-95 гг. — технический директор украино-польского СП «Галметалл»

В 1987-1992 гг. — директор шахты 3-я «Великомостівська» ПО «Укрзахідвугілля»

В 1982-87 гг. — начальник смены, главный инженер шахты 10-я «Великомостівська» ПО «Укрзахідвугілля»

В 1978-82 гг. — мастер, начальник подземного участка шахты им. Ленинского комсомола ПО «Укрзахідвугілля»

В 1977 г. — окончил Криворожский горный институт, горный инженер

В 1975-76 гг. — горняк шахт «Южная», «Центральная», ПО «Кривбассруда»

В 1954 г. — родился в Кривом Роге

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий