Мания письма

Елена ШКАРПОВА, обозреватель

Я хотела бы писать, как Сименон. Утром вставать с теплой постели, лениво брести на кухню, заваривать себе кофе, уходить в столовую, садиться за большой дубовый стол с крахмальной салфеткой посередине и, помешивая серебряной ложечкой кофе в перламутровой чашечке, сочинять свой новый роман.

Вечерами сидеть на веранде, покуривать трубку и, вдыхая ароматы леса, размышлять над очередной сюжетной коллизией. Но, во-первых, я не курю трубку, а во-вторых, я не пожилой старик-француз, и у меня нет сервиза в перламутровых тонах. О дубовом столе я уже не говорю.

Мне также глубоко симпатичны Агата Кристи и Татьяна Толстая, но одна была пожилой домохозяйкой, а другая имеет чересчур обширные пропорции и длинную косу. Поэтому я не стану ни первой, ни второй.

И все же меня не покидает надежда когда-нибудь превратиться в писателя. Знаете, некая сила, суть которой еще следует разобрать специалистам, тянет меня к клавиатуре. Слишком уж часто мне хочется марать бумагу, колбасить по клавишам, изливать душу, самовыражаться. Вот сейчас, например, я пишу и наблюдаю магию литеры. Жаль, что процесс такого наблюдения непостоянен — стоящих мыслей не так много, как сочетаний букв в языке. Даже сейчас я сомневаюсь в наполненности смыслом этих предложений.

«Priezzaj!» — пишет друг с другой планеты. Эти восемь букв на транслите так притягательны, что хочется действительно все бросить и приехать. Но буквы же останавливают. Закончить вот эту статью, потом — еще одну, а вот еще одна интересная тема... «Как приехать, когда тут такое!» — пишешь ему ответ. И буквы затягивают в свое болото до тех пор, пока снова не настигнет настойчивое «priezzaj». Тогда вдруг решаешься, садишься в космолет, ставишь возле щитка с приборами томик Сименона, щелкаешь ремнем безопасности, надеваешь шлем и...

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий