|
|
|||||
| 08 Январь 2009, Четверг |
|
Українською На русском | ||||
![]() |
Деловые новости | Пресс-релизы | Бизнес-события | Форум | Личный счет | Авто | Недвижимость | Работа |
| Украинский деловой еженедельник "Контракты" / № 36 от 08-09-2003 | РЕКЛАМА | ПОДПИСКА 2009 | ||
|
Зачем и откуда свобода
Свобода западного ее типа, толка и издания появляется на заре тамошнего ее промышленного развития. Оттого, скажем, Маркс считал ее всего лишь специфическим рабочим инструментом того развития. Не более. Свобода всего лишь как условие свободной экономической конкуренции в нем. Сегодня уже отчетливо очевидно, что это не совсем так. Пожалуй, совсем не так. ...Промышленность, особенно в позднеиндустриальном ее облике, это мир, требующий постоянно самой суровой, даже беспощадной дисциплины. Отдельный человек в нем — всего лишь «винтик» в общем гигантском механизме. Вспомним бессмертные чаплинские кинокадры на эту тему. Но Запад уже с самых первых своих индустриальных шагов смутно ощутил эту опасность полного закрепощения человека производством. Вот на другом полюсе той цивилизации и появляется неизбывный, до сих пор присутствующий в ней пафос свободы. Ныне даже как-то подчеркнуто там расцветший. Нет, свобода — не «игрушка». Это серьезнейший институт, политически и просто психологически спасающий современного человека от полного его подчинения свирепой индустриальной реальности. К тому же, технологически эта реальность становится ныне настолько сложной, что с ней может справиться только свободная интеллектуальная инициатива современного человека. Словом, свобода — такое же рабочее средство индустриального общества, как и все остальные, сугубо технические его инструменты. Без нее гигантский технологический космос современного мира уже просто не может существовать. Наш современник, словно атлант, держит на своих плечах неистовую индустриальную тяжесть. Именно для того, чтобы выдержать ту тяжесть, он должен быть свободным. Иначе вся современная тяжкая сверхструктура обрушится на него. Как это произошло с советской экономикой, сочетавшей свое несомненное могущество с самой беспросветной несвободой человека внутри ее. В общем, наверное, не случайно, русский писатель и историк Карамзин одновременно ввел в русский язык до того не существовавшие там слова: «промышленность» и «личность».
|
|
|
|
|
|
Редакция: т/ф:(044) 391-51-75. Интернет-проект: |
|