Кому продать Родину

Евгений ДУБОГРЫЗ

В Украине остались лишь семь предприятий, которые можно выгодно купить

7 Украинских жемчужин. Последние промышленные гиганты, которые можно купить

Астрономическая сумма, вырученная от продажи Криворожстали, будоражит не только тех, кто имеет возможность распределять в свою пользу бюджетные миллиарды, но и ответственных за продажу оставшейся госсобственности. Президент и премьер вновь заявили о приватизации Укртелекома, откладываемой уже четвертый год. А Минфин при поддержке ВР внес в доходы проекта бюджета на 2006 год 8,13 млрд грн приватизационных поступлений.

Но суть и смысл происходящего — не в реальности выполнения столь значительных обязательств, проблема в том, ЧТО продавать. Растущие аппетиты государства в отношении приватизационных поступлений свидетельствуют о двух мифах, прочно засевших в умах обывателей и чиновников. Миф первый — в Украине много дорогой госсобственности, второй — если эту собственность выставить на конкурс с соблюдением условий, апробированных при продаже Криворожстали, — от серьезных инвесторов не будет отбоя.

Но реальность сложнее: в стране не так много госактивов, которые можно отдать в частные руки (о монополиях вроде Энергоатома и НАК «Нефтегаз» речь не идет), выручив за них сотни миллионов долларов. Какие же предприятия способны вызвать интерес у реального, а не гипотетического крупного инвестора? Ответ на этот вопрос можно найти, проанализировав продажу Криворожстали.

Звенья одной цепи

Как бы парадоксально это ни звучало, но Mittal Steel и Индустриальный союз Донбасса соперничали вовсе не за украинский завод Криворожсталь. Объектом интереса инвесторов на самом деле был металлургический завод полного цикла, обеспеченный сырьем, имеющий легкий доступ к основным рынкам сбыта. Да к тому же завод, который без труда можно включить в производственную цепочку обоих потенциальных покупателей. Прописка завода и связанные с ней риски политического характера в решениях инвесторов если и играли роль, то третьестепенную.

Отсюда следуют два вывода. Во-первых, рассчитывать на высокую выручку от продажи того или иного предприятия, исходя только из того, что предприятие находится в Украине, невозможно.

Второй вывод не столь очевиден. В мире, России, да, пожалуй, и в Украине уже сформировались крупные концерны (на отечественных просторах именуемые финансово-промышленными группами), которые определились с приоритетами своей деятельности. Исключениями являются разве что группа Константина Григоришина, владеющая миноритарными пакетами предприятий почти всех отраслей (от энергетики до металлургии и машиностроения), и, с некоторой натяжкой, группа «Приват».

Гигантские венчурные фонды, проще говоря, группы, задешево покупающие все подряд с целью получения немедленной прибыли, постепенно отходят в прошлое даже в Украине. Практически каждая из олигархических ФПГ выбрала для себя три-четыре бизнеса, развитие которых считается приоритетным видом деятельности.

Активы, накопленные в ходе дикого передела собственности конца 90-х, но не входящие в число профильных, сейчас распродаются. Похожие тенденции наблюдались в Британии, США, Германии в начале прошлого века или в России несколько лет назад. И сейчас трудно представить немецкую Siemens, торгующуюся за Никопольский завод ферросплавов, или россиян из АФК «Система», подающих заявку на покупку КГОКОРа.

Таким образом, второй вывод из итогов продажи Криворожстали — инвестора, готового участвовать в приватизации украинских активов, заинтересуют в первую очередь предприятия, специализация которых совпадает с основными направлениями бизнеса покупателя. Проще говоря, активы, которые можно быстро и безболезненно включить в существующую технологическую цепочку и скорее в качестве промежуточного, а не конечного звена крупных отечественных, российских или международных корпораций.

Семеро смелых

Такого рода активов в Украине Контракты насчитали семь (подробнее об активах и потенциальных претендентах — см. стр. 16). Во-первых, это отобранный у Интерпайпа Никопольский завод ферросплавов — лакомый кусок для любой металлургической группы, испытывающей проблемы с сырьем, а также для игроков глобального марганцевого рынка (в первую очередь, группы «Приват» и французской ERAMET).

Во-вторых, машиностроительные активы — Турбоатом и Лугансктепловоз, которые, хоть и эксплуатируют до предела изношенное оборудование, потенциально могут претендовать на лидирующие позиции в своих сегментах рынка. В-третьих, привязанный к крупнейшему в СНГ аммиакопроводу Одесский припортовый завод, который, благодаря собственной перевалке, может заинтересовать и россиян, и даже европейцев (не считая Привата и УкрСиббанка).

Другие крупные активы, которые могут быть предложены к приватизации и в конечном счете оказаться составными в производственных цепочках — госдоля в Укртатнефти и Криворожский ГОК окисленных руд. Несколько особняком стоит Укртелеком — самостоятельный бизнес, к тому же, как любой естественный монополист, крайне зависимый от действий государства. Однако высокая рентабельность актива, способная вырасти еще больше после выдачи телефонному монополисту лицензии на мобильную связь, делает Укртелеком едва ли не самым дорогим после Криворожстали активом Украины, выставляемым на продажу.

Список не окончателен — добавиться к нему могут и бердянский Азмол, и Запорожский титано-магниевый комбинат. Да и будущее, например, северодонецкого Азота как собственности IBE Trade — далеко не решенный вопрос. С другой стороны, не вошли в список жемчужин госсобственности, казалось бы, крайне интересные государственные энергетические и угольные компании — страдающие и от невнимания государства, не желающего отдавать активы в частные руки, и от забот миноритарных частных собственников/управляющих, загоняющих компании во многомиллионные долги.

Украина+Россия

Наконец последний вопрос: кто именно проявит интерес к отечественной госсобственности? Ответ, наверное, будет неутешительным для сторонников привлечения в Украину транснациональных корпораций из первой сотни рейтинга FT-500. Главными претендентами на покупку упомянутых объектов будут украинские и российские ФПГ за редким исключением, например, возможного участия ERAMET в конкурсе по НЗФ.

Проблема в том, что предприятия, производящие продукцию средних переделов — машиностроительные или даже химические — неинтересны мировым лидерам в силу изношенности оборудования. Кроме того, высокотехнологичные отрасли практически поделены между мировыми лидерами (Siemens и Alstom — в железнодорожном машиностроении, Westinghouse и General Electric Power Systems — в производстве оборудования для атомных электростанций), которые, в свою очередь, делают упор не на расширении географии производства, а на сервисном обслуживании своей продукции.

Формирование мировых лидеров продолжается разве что в черной и цветной металлургии, а также в сырьевой отрасли, однако вся привлекательная отечественная госсобственность в этих секторах — Азовсталь, ММК им. Ильича, Запорожсталь, Николаевский глиноземный, ЗАлК — перешли в руки частников уже в начале десятилетия.

В то же время передел отраслей окончательно не закончен ни в России, ни в Украине. Промышленные гиганты этих стран сейчас собирают активы, оказавшиеся разрозненными после развала СССР. Именно эти компании — System Capital Management, ИСД, Ренова, Альфа-групп, Базовый элемент и многие другие — станут главными претендентами на украинскую госсобственность.

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий