Семнадцать мгновений позора

Евгения ЗАМУРУЕВА, фото Светланы СКРЯБИНОЙ

Никогда еще тест-драйв не был так близок к провалу. Устраиваясь маркетологом в крупные сетевые магазины, журналист Контрактов продемонстрировала максимум упорства и минимум навыков.

Легенда

Каких только требований не выдвигают отечественные компании к маркетологам. Вот, к примеру, устраиваясь по заданию редакции в отделы маркетинга розничных сетей, столкнулась с совершенно откровенными критериями отбора на вакансию: «Компании требуется маркетолог. Предпочтение — привлекательным женщинам до 35 лет...». Хотя, справедливости ради стоит отметить, что это было едва ли не единственное объявление, составитель которого имел четкое представление о том, специалист какого профиля ему необходим.

Остальные компании наперебой искали инициативных маркетологов, умеющих работать в коллективе. Осознавая, что таковых в Украине — пруд пруди, сделала все возможное, чтобы мое резюме не затерялось среди десятков других. В частности, в графе «Опыт работы» подчеркнула, что на разных этапах карьеры выполняла весь комплекс маркетинговых работ (от проведения исследований до организации PR-кампаний). А дабы усложнить проверку достоверности безукоризненного послужного списка, заметила, что училась и работала в Беларуси.

Первое свидание

Оперативность Алексея (HR-менеджер розничной сети «Домотехника» моментально отреагировал на полученное резюме) свидетельствует о его профессионализме. Кадровик поинтересовался, когда я смогу подъехать на собеседование и уточнил, что его компании требуется не простой маркетолог, а менеджер по рекламе, в обязанности которого входит:

— оценка и отбор носителей рекламы;

— медиапланирование;

— организация национальных и локальных рекламных кампаний.

Поговорив с Алексеем, сделала предварительный вывод — Домотехника нанимает маркетолога не интуитивно, а осознанно, под конкретные задачи. И внутренне обрадовалась, что эти задачи мне как журналисту знакомы.

В общем, ничто не предвещало провала внедрения. Ну подумаешь, охранник при входе в головной офис компании так настойчиво потребовал предъявить документы, что я чуть не показала ему журналистское удостоверение. Ну допустим, Алексей, проводивший меня в отдельный кабинет, почувствовал, что что-то не так, на секунду задумался и тут же списал мою бледность на банальное волнение, свойственное соискателям. Ко всему этому я готовилась. И уже было дело присев за небольшой приставной столик (уравнявший меня с Алексеем и расположивший к свободной, полуофициальной беседе) — почувствовала себя маркетологом. Как вдруг...

Положив перед собой мое резюме, Алексей чуть не испепелил меня темно-карим взглядом. Возникло непреодолимое желание узнать, не работал ли HR-менеджер в прокуратуре? Однако беседу начал он: «Расскажите о себе». Завязка, нужно сказать, дежурная, но содержательная — она позволяет кадровику определить умеет ли кандидат на вакансию четко и лаконично излагать свои мысли, как он держится, уверен ли в себе и так далее. Тут же захотелось сообщить интервьюеру, что я увлекаюсь конным спортом, люблю клубнику со сливками, а в детстве мечтала стать летчиком, но, чтобы не провалить задание, решила повременить с тяжелой артиллерией; ответила вопросом на вопрос: «Что именно вас интересует?».

Алексея, по всей видимости, интересовало, насколько правдиво мое резюме, и он пошел по порядку: «Какой университет заканчивали?», «Почему выбрали именно этот вуз?» и так далее, и тому подобное. Нередко Алексей задавал два вопроса подряд, что давало возможность «соскочить» как минимум с одного из них. Но в этом не было необходимости — свою «биографию» я знала назубок. Сложности начались, когда разговор зашел о моих профессиональных обязанностях. HR-менеджер, явно подозревающий во всесторонней маркетинговой развитости молодой собеседницы подвох, корректно усложнил разговор:

— В резюме вы написали, что на предыдущем месте работы занимались проведением маркетинговых исследований. Что именно и как исследовали?

— Рынок офисной мебели, определяла целевые группы, — выдала я домашнюю заготовку.

— Расскажите дилетанту, — выдал рабочую заготовку Алексей — из каких этапов состоит полноценное исследование рынка...

Такого поворота я не ожидала. И стала что-то мямлить «дилетанту» Алексею о сегментации рынка и о том, как определить конкурентоспособность предприятия, доверительно завершив монолог пространными пассажами об откатах, налоговой системе Беларуси и специфике сотрудничества с госструктурами. Через несколько минут стало понятно, что в маркетинге он разбирается лучше меня. А его тестовый (скорее всего, заранее подготовленный) вопрос: «Что такое генеральная совокупность?», — окончательно выбил меня из седла. Я предприняла отчаянную попытку перевести разговор в плоскость потребностей потребителей и пирамиды Маслоу, но и тут потерпела фиаско — Алексей в два счета доказал, что на основании данных открытых источников определить потребности чиновников в офисной мебели практически невозможно. Короче говоря, с маркетинговой социологией у меня не сложилось.

— Итак, вы определяли латентные потребности потенциальных клиентов по пирамиде Маслоу. Каким образом?.. — добивал меня HR-менеджер.

— Встречалась с клиентами... Сложно объяснить... М-м-м. Общаясь с людьми, интуитивно чувствовала... — изо всех сил держала я оборону.

— Возможно, я ошибаюсь, но то, о чем вы говорите — не маркетинговые исследования, а работа менеджера по продажам. Допустим, вы выявили потребности клиента. Что дальше? — не унимался Алексей.

— Для эффективной работы компании... — уходила я от ответа.

— Ага.

— ...чтобы предприятие развивалось...

— Угу.

— ...необходимо...

— Да-да-да!

Последняя реплика была более чем красноречива. Так с маркетологами слабого пола не разговаривают. Я перешла в наступление, съязвив на одном дыхании: «Ну, теперь-то вы меня поняли!», — поставив, таким образом, на затянувшемся мини-экзамене жирный эмоциональный крест. Алексей тем временем сделал на моем резюме какую-то пометку. И уже безучастно уточнил: «Так вы говорите, что работали маркетологом?».

Дочитывая резюме, он еще раз вернулся к теме маркетинговых исследований (дернуло же упомянуть о них несколько раз). Однако на очередной наводящий вопрос я ответила, как настоящий разведчик: «Не помню!». И тут же, уже как журналист, а не маркетолог, перешла в контратаку:

— Простите, а о какой зарплате мы с вами говорим?

— Аналогичный вопрос только что хотел адресовать вам, — парировал выпад Алексей.

— $400 на испытательный срок.

— А после $410 вас устроит? — попытался пошутить HR-менеджер, делая очередную пометку на полях резюме.

— Меня устроит рост зарплаты на треть.

— Хорошо, а вы могли бы оставить телефон своего прежнего работодателя? — задал Алексей очередной каверзный вопрос, означающий, что справки обо мне он уже пытался навести.

— Это исключено.

— Ладно. В течение десяти дней проведу еще ряд собеседований и, если вы нам подойдете, я перезвоню...

Прощаясь, кадровик отксерокопировал первый разворот моего паспорта и вежливо проводил к выходу. В течение двух недель Алексей так и не перезвонил.

Второй блин

Секретарь из Буми маркета назначила собеседование на время, удобное «вечно занятому» менеджеру по персоналу. Соответственно, у меня появились подозрения, что на вакансию маркетолога (в перспективе — руководитель отдела маркетинга) претендую не я одна. Бегло перечитав объявление перед собеседованием, попыталась активизировать аналитическое мышление, почувствовать себя инициативной, активной, позитивной, высоко работоспособной, ориентированной на результат и забыть о провальном свидании. К слову, после собеседования с Алексеем «талантливое позиционирование товара и компании» (намек на напрофессиональное требование к кандидатам, выдвинутый в объявлении) было мне по колено. И я смело вошла в Буми маркет...

Секретарь уточнила, на какую именно позицию я претендую, и выдала анкету, которую попросила заполнить в комнате переговоров. Там уже заполняли анкеты еще два кандидата, встретившие меня долгими, оценивающими взглядами. Озадаченные лица соперников сначала меня воодушевили. Но, осмотревшись, я поняла, в чем дело — под потолком в комнате переговоров была установлена камера наблюдения. Очень захотелось скорчить рожицу, но сдержалась — не пристало начальнику отдела маркетинга паясничать. Во всяком случае — до приема на работу.

Коротко об анкете. В ней, кроме ряда стандартных вопросов (образование, квалификация, причина увольнения с последнего места работы, опыт управленческой деятельности, три отрицательные черты характера и т. п.), обнаружила несколько оригинальных: каков текущий уровень дохода, каким достижением гордитесь, как проводите свободное время? Ответила предельно искренне: мол, горжусь своим текущим доходом, в свободное время — пересчитываю заработанное. Заполненную анкету отдала секретарю, которая холодно пообещала мне, что «сейчас придет Татьяна».

Татьяна — менеджер по персоналу — приятная женщина лет тридцати, очень похожая на моего школьного завуча, первым делом спросила, есть ли у нее мое резюме? Я, готовая рассказать о маркетинговых исследованиях все и даже чуточку больше, просто опешила от такого вопроса. Но тут же нашлась: «Выслала резюме по электронной почте. И где оно теперь, — я не знаю!..». После недолгих поисков резюме было обнаружено в огромной папке, нестандартное собеседование продолжилось.

Татьяна спросила, что я знаю об их компании, «в двух словах» рассказывала о ней минут десять, плавно перейдя к описанию структуры отдела маркетинга и обязанностей его будущего руководителя. «В компании уже есть отдел, — вещала Татьяна, — в нем работают маркетолог и ассистент. Второй занимается проведением акций в магазинах, а первый плотно работает с сотрудниками отдела закупок и поставщиками, организовывает выпуск газеты. Необходимость в третьем маркетологе назрела, поскольку компания динамично развивается. Нам нужен человек с потенциалом руководителя, способный в перспективе возглавить не только отдел, но и все маркетинговое направление. Он должен будет упорядочить то, что у нас уже работает, и привнести новые идеи в отношении того, как дальше продвигать товар».

В более чем общих чертах рассказав об обязанностях руководителя отдела, Татьяна углубилась в описание преимуществ работы в Буми маркете — удобный рабочий график, хороший коллектив, зарплата, выплачиваемая дважды в месяц «чистыми».

— Правда, в случае необходимости бывают ненормированные рабочие дни, — словно стесняясь, предупредила Татьяна. — Но...

— Часто возникает необходимость? — прервала я монолог.

— Только, когда открывается новый магазин или проходят серьезные акции...

Словом, еще чуть-чуть и я бы ушла из Контрактов в Буми маркет, устроила бы им пару-тройку маркетинговых исследований. Но не сложилось. Под занавес разговора Татьяна прочитала в резюме о том, что я училась и работала в Беларуси. Это послужило основанием для ее последнего, далеко непраздного вопроса: «У вас украинское гражданство?». «Нет», — проверила я Буми маркет на сверхлояльность. Проверка не удалась.

Татьяна, битый час рекламировавшая все плюсы сотрудничества с компанией, изменилась в лице: «Мы не принимаем на работу иностранцев, так как зарплаты у нас выплачиваются только официально. Мы не рассчитываемся наличными. До свиданья». «Подождите, — попыталась я реабилитировать ситуацию. — У меня через неделю будет украинское гражданство». «Вот тогда и приходите!», — таков был ответ.

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий