Дожить бы до Победы!

Вахтанг КИПИАНИ

Несмотря на распространенное изречение, война закончится не тогда, когда будет похоронен последний солдат, а когда мы сможем оценить ее результаты, собственно, сам ее факт, только как одну из тысяч событий мировой истории.

Как открытие Америки, Древнюю Грецию или ледниковый период. А пока еще легко вспоминаются таблички в магазинах, где золотом по красному писали — «Участники гражданской и Великой Отечественной войн обслуживаются вне очереди». Ну, действительно, когда была эта гражданская? Кто с кем? И против кого? И кто, в конечном счете, может сказать, чем та война закончилась?

Во время прогулок по Киеву понимаешь, что те войны еще продолжаются. Поскольку имеем улицу Январского восстания и не имеем, скажем, бульвара Центральной Рады. Имеем на карте упоминание о Коминтерне и не имеем хотя бы переулка им. УПА. На карте столицы нет имени одного из наиболее легендарных атаманов — Нестора Махно, но есть какой-то Киквидзе. Единственная заслуга которого — пускал фонтаны украинской крови на украинской-таки земле...

60-летие окончания Великой Отечественной для многих — день памяти. Ибо в эти, наполненные слезами дни хочется правды. И без бравурных песен. Тем более что, судя по прессе и телевидению, никто, за малым исключением, не хочет ставить простые и уместные вопросы — здесь и сейчас.

Почему мы должны принять за аксиому утверждение, что во всем виноват 1933 год, Мюнхен, нацизм и бесноватый фюрер, а не 1917, Петроград, коммунизм и ленинско-сталинская паранойя?

Почему треть украинцев, живущие к западу от Збруча, должны считать началом войны 22 июня, а не 1 сентября?

Почему Красная Армия, которая, воспользуюсь эвфемизмом, «вошла» в Западную Украину, Западную Беларусь, Северную Буковину, Придунавье, прихватила часть территории Финляндии, и при этом не была, не есть и, очевидно, никогда не будет носить титула оккупанта?

Почему офицер НКВД, смершевец, участник истребительных батальонов, выславший в Сибирь тысячи людей, в день Победы имеет право пройтись по Крещатику, а партизан из УПА, подпольщица из Украинского Красного Креста, бывший член «Юнацтва ОУН» — нет?

Почему украинец, насильственно мобилизованный в Красную Армию, является априори героем, а украинец, который под давлением пошел в Российскую освободительную армию генерала Власова, навсегда останется изменником?

Почему поляки и испанцы уже давно поладили со своим прошлым, а украинцы — нет?

Но кто-то и когда-то должен позаботиться и о человечном отношении к тем, кому фронтовые раны и болячки оплатили не орденами, санаториями и продуктовыми наборами, а Кенгирами, Уралами и Мордовиями...

Хотелось бы верить, что так и будет. В идеале — 9 мая 2005 года.

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий