Посвященные

Наталья ГАМОЛЯ, Наталья ВОЛОДЧЕНКО

Мудрый китайский правитель Конфуций стремился с помощью ритуала соединить общество с государством. С Востока, где могущество государств держалось на традициях, обычаи почитания власти пришли и в Европу. Однако в старинных европейских государствах власть государева приравнивалась к власти Божьей.

Конфуций, китайский философ, 551-479 гг. до н. э.

Ритуал и церемониал — важнейшие вещи в управлении государством. Так считал «учитель десяти поколений» Конфуций, утверждая, что без них «почтительность становится лишним бременем, осторожность — трусостью, смелость — смутой, откровенность — грубостью».

Поклонение королю на немецких землях в VIIІ в. напоминало повиновение перед «помазанниками Божьими». Главные министры передавали власть как наследство, а взойдя на престол, были помазанны епископами на царство. Коронование Карла Великого в 800 году было особенным — его благословил сам Папа Римский. Во время Рождественской мессы он возложил корону на голову Карла, стал перед ним на колени и провозгласил императором и августом (древний титул римских императоров). С той минуты армия Карла Великого была десницей римской церкви, а сам король владел привилегиями большими, чем англосаксонские короли.

Священные реликвии

В 496 году в Реймсе король франков Хлодвиг І окрестился и положил начало традиции коронования французских королей. Главными атрибутами власти стали корона, жезл, меч и перстень — символ союза владыки с народом. Из века в век ритуальное действо пополнялось новыми реликвиями. В ХІ веке в Реймском соборе на величественных торжественных церемониях стали пользоваться Евангелием, написанным кириллицей. Это был подарок киевского князя Ярослава Мудрого дочери Анне, которая 19 мая 1051 года обвенчалась с Генрихом І. На этой Святой книге приняло присягу не одно поколение французских королей. В XIV веке частью книги завладел Карл IV, король Чехии и Моравии. Евангелие, писаное в Киеве во времена Руси, заново обшито, отделано драгоценными камнями, и там стало церковной реликвией.

Украинская Книга Книг

Разбирая завалы послевоенного архива Киево-Печерской лавры, профессор Киевского университета Сергей Иванович Молчанов обнаружил сундучок, в котором была спрятана толстая, тяжелая (более 9 кг!) книга. Деревянная обложка местами была обтянута зеленым бархатом. Находка оказалась значимой — первый известный перевод канонического церковнославянского евангельского текста на украинский литературно-письменный язык — Пересопницкое Евангелие (1556-1561).

Памятку украинской культуры, эту книгу признают шедевром искусства. Четкие, ровные, буквально вырисованные литеры кириллицы, художественные орнаменты, отделка стилизованными под растительные мотивы заставками и инициалами, тонкие миниатюры с изображением евангелистов, цветные рамки и виньетки. Текст Святого Писания переписывать со староболгарского начали 15 августа 1556 года в Дворецком монастыре князей Заславских при церкви Святой Троицы. А завершили книгу в Пересопницком монастыре при церкви Рождества Богородицы 29 августа 1561 года. «А иже есть Прекладна из языка Блъгарского На мову Роускоую. То для лепшо вырозоумленя хрстіанского Посполитого», — написано в конце книги.

В свое время Пересопницким Евангелием владел украинский гетман Иван Мазепа. Позже книга находилась в семинарской библиотеке Переяславского кафедрального собора, теперь ее хранят в Институте рукописи Национальной библиотеки Украины им. В. И. Вернадского.

Ныне Пересопницкое Евангелие — национальная святыня нашего независимого государства. Президенты Украины во время инаугурации присягают на верность народу на Конституции Украины и на Святой книге — Пересопницком Евангелии.

Варварские обычаи

Владимир Великий, окрестив Русь, стал заводить и новые порядки наподобие византийских. И со временем атрибутом власти киевских князей стал не меч, а скипетр. Церемония предоставления власти новому князю из семьи Владимира стала праздничной и пышной, о чем иногда встречаются рассказы в древних рукописях. Перед тем как «садиться за стол отцов и дедов», новый князь шел в Святую Софию и принимал благословение. На нем был пышный наряд, а как только князь занимал место на престоле, на него надевали диадему или корону, а в руках он держал скипетр.

Помазанник народный

Первым среди казаков официальный титул гетмана получил Богдан Хмельницкий. До того этот титул носили высшие вожди польского и литовского войск. Атрибутами же гетманской власти были клейноды (в переводе с немецкого — «драгоценная вещь»), которые украинский гетман получил от польского короля Стефана Батория в XVI веке как знак особого внимания. В летописи Самийла Величко их перечень: «короговъ королевская, златописанная, барзо красная; бунучук, тожъ велце модній, зъ позлоцестою галкою и древцем, булава сребная позлоцестая, зело майстерно зделанная и каменіем честнимъ украшенная; печать сребная войсковая». Позже список казацких клейнодов пополнился знаменем, перначем, литаврами, значками, тростями. Кое-что из названного по требованию атамана Ивана Сирко в 1708 году русский царь Петр Алексеевич пожаловал Запорожскому войску. В «расходной», текст которой приводит Дмитрий Яворницкий в «Истории запорожских казаков», отмечено, что на изготовление этих клейнодов было израсходовано пять червонных, 240 рублей и семь копеек.

Неизвестно, проводили ли особый церемониал инаугурации ясновельможного гетмана Хмельницкого на Сечи, куда он пришел с привилегией от польского короля. В летописи Самовидца указано: «И там з оним привилеем Хмельницкій за пороги пошол и козаков ознаймил, же на волности козацкіе міет привилей короля его милости, до которого много войска козацкого почалося горнути». Однако каждый гетман (а по-казацки — выборный старшина) обязательно проходил ритуал избрания кошевым атаманом на совете всех казаков. По обычаю избранный кошевой атаман должен был дважды отказываться от булавы и только на третий раз соглашался. А чтобы не забывал свое место, помнил, откуда вышел, и не презирал рядовых казаков, старые сечевики посыпали его голову песком или мазали грязью. Избранник же должен был благодарить за такие ласку и доверие, кланяясь на четыре стороны. Казаки присягали атаману и с тех пор во всем ему подчинялись и почитали его. Кошевой атаман выбирался только на год. Хотя были и такие, кто оставался на несколько сроков, например, Иван Сирко, Петр Калнышевский.

У казацкого гетмана атрибутов власти было немало: 1 — хоругвь, 2 — бунчук, 3 — пернач, 4 — булава, 5 — печать

---

Древний Рим: апофеоз императора

Обряд инаугурации проводили еще в старинные времена латиняне. Они обращались к богам с вопросом, одобряют ли те новоизбранного жреца или царя, и наделяли избранника определенной святостью. Существовал и противоположный ритуал, когда этой святости лишали, — экс-инаугурация.

В Древнем Риме, откуда по всей Европе распространился государственный строй, существовал пышный церемониал введения нового августейшего лица. Однако с почестями не только встречали императора, но и провожали в последний путь — на небеса к богам. Апофеоз — так назывался праздник, связанный с трауром. Похоронив тело с большими почестями, в течение недели восковое изваяние умершего на золотой подстилке на высоком ложе из слоновой кости, поставленном у входа во дворец, оплакивали сенаторы в траурных нарядах и женщины из благородных семейств в белом. Семь дней они ожидали вердикта врачей, которые наконец объявляли о смерти императора. Потом самые знатные сенаторы несли ложе к священной горе на старый форум. Вокруг ложа сооружали павильон, который снаружи украшали золотыми тканями, слоновой костью. Над этим павильоном возводили меньший, похожий, над ним — еще один и так далее. Все граждане присылали торжественные последние дары императору — благоухающие травы, плоды, которые складывали в башню. Потом вокруг башни скакала конница, ехали колесницы с парадно одетыми возницами, которые везли изображение римских императоров и полководцев. После конного парада преемник императора подносил к башне факел и поджигал ее. С вершины пирамиды в небо вздымался орел — из пламени огня он нес душу умершего императора в небеса — в сонм богов.

Византия: обычай для любви и содружества

Пышность церемониала в византийском дворе подчеркивала могущество государства. На инаугурации, а лучше сказать, коронации царя Византии непременно присутствовали все чины — от магистров и консулов до низших чинов. Все они, в пышных нарядах, выстроившись соответственно иерархии, сопровождали владыку на процессии в пышном дворце, куда приглашали и множество дипломатических гостей из соседних государств. Еще в парадном зале дворца императора в праздничном пурпурном одеянии и плаще просили патриции: «Повелите! На долгие и благие времена!». Почтенной поступью император проходил в следующий зал, где к нему обращались синклитики (должностные лица): «Повелите! На долгие и благие времена!». Потом процессия направлялась в храм. В часовне император менял одежду, и вместе с патриархом, зажегши свечи, через серебряные врата они входили в храм. Перед образами святых молился император, а патриарх читал молитву над хламидой, которую надевали на императора, и над венцом. Как только венец надевали на императора, народ трижды скандировал: «Свят! Свят! Свят! Слава господу всевышнему на небесах и мир на земле! Многая, многая лета великому царю и самодержцу!» Уже коронованный император занимал место в царском кресле, а вся процессия падала на колени и целовала ему ноги. Затем новому царю подносили свои торжественные дары посланцы соседних государств.

Византийские церемониалы отличались великолепием, богатством, иногда это были настоящие шоу, особенно во времена правления Македонской династии. Их помпезность поражала, вызывая гордость у граждан и особый почет у соседних государств.

Польша: король из иноземных князей

Король Польши хоть и был наделен неограниченной властью, однако имел определенные обязательства перед сеймом, который его выбирал, как рассказывает сир де Боплан (XVII в.).

Под открытым небом недалеко от королевского замка в Варшаве в течение нескольких недель после смерти короля собирался сейм на совет и выбирал из предложенных кандидатур следующего правителя, предварительно согласовав выбор с воеводствами. Претендовать на корону не имел права ни один шляхтич. Будущий король должен был быть иностранным князем и принадлежать к римо-католической церкви. Королевичи — сыновья польских королей — хотя и родились в Польше, считались иностранцами. Поэтому королевская власть наследовалась — от отца к сыну, от старшего брата к младшему.

Определившись с именем короля, каждый из сейма выстраивал свое войско под штандарт короны. Проскандировав трижды: «Да здравствует король!», войска салютовали выстрелами из пушек и ружей. Сейм шел к князю, которого избрал королем, чтобы поздравить и произнести торжественную речь, и молил соблаговолить принять их решение. Соглашаясь, король принимал уставы каждого из сейма, обещал их хранить нерушимыми. На второй день новоизбранный польский король приносил присягу перед алтарем костела Св. Иоанна в Варшаве.

Восток: всегда тонко

«Император — символ государства и единства народа, его статус определяется волей народа, которому принадлежит суверенная власть», — записано в статье 1 Конституции Японии. На сегодня это исключительное явление в мире.

С середины VII века японские императоры носят титул тенно — «небесного правителя». Японская императорская власть, наследуемая от отца к сыну, старейшая в мире. В начале января 1989 года наследный принц Акихито стал 125-м императором Страны Восходящего Солнца. Через год на площади трех синтоистских храмов Акихито объявил даты двух основных ритуалов инаугурации. Первым произошло восхождение на Трон Хризантемы перед представителями международного сообщества и японским народом после двадцати двух месяцев траура в императорском дворце. На церемонии инаугурации в императорском дворце собралось 2500 гостей, в том числе 500 почетных гостей из 158 стран, ООН и ЕС. Во время этого ритуала, который называется Сокуи-но рей, император в старинной национальной одежде с трона Такамикура (высотой шесть метров) присягнул следовать Конституции и выполнять свои обязанности как символ государства и единства народа. После этого премьер-министр Кайфу, затянутый во фрак, зачитал поздравительную ноту от имени японского народа. По окончании церемонии император с императрицей в открытом автомобиле ехали в свою резиденцию.

А через десять дней в том же императорском дворце был проведен ритуал подношения пищи Дайдзесай — символическое жертвоприношение первого урожая риса и продуктов земли и моря богине солнца Аматерасу Омиками. Именно она, по японской легенде, завещала своему внуку Ниниги-но Микото править Японией и передала три божественных символа императорской власти: меч, зеркало, яшмовые украшения. Все это и сегодня хранится в святых для японцев местах. Ритуал завершает общение императора с богами и своими предками, когда он подносит им рис, благодарит за мир и щедрый урожай, молится за сохранение мира и богатые урожаи в будущем. Император в Японии наделен магической силой задабривать богов. И для него считается недостойным заниматься земными делами правительства. Все выполняют министры, в кругах которых есть тенденция формировать собственные политические династии.

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий