Текущий момент

Кодекс телефонного права

Павел СОЛОДЬКО

О частной жизни. Скандал, связанный с тем, что министр транспорта и связи Николай Рудьковский оказывал содействие визиту в Украину каких-то «туркменских оппозиционеров», — театр взаимных пиар-ходов, интересный только политическим обозревателям

Но есть в нем одна изюминка, которая может повлиять на обычную жизнь каждого украинского гражданина. Организовывая визит в Украину туркменским «лицам без гражданства», министр транспорта в обход министра иностранных дел звонил по телефону в десять вечера в посольства Австрии и Болгарии и деликатно спрашивал, нельзя ли ускорить выдачу виз этим людям. «Я действовал как частное лицо, а не как чиновник», — считает Николай Рудьковский.

Сегодня разделение чиновника, как и любого другого гражданина, на частное и публичное лицо — вопрос философский. Как определить, где заканчивается приватность и начинается публичность? Вот министр вышел из министерства — он еще публичное лицо? Вот он звонит со своего мобильного в другое министерство — он уже частное лицо? А если он звонит с телефона-автомата и голос меняет: «Прошу ускорить выдачу виз» — обязан ли МИД выполнять просьбу? Если обозреватель еженедельника «Контракты» Павел Солодько позвонит в МИД и попросит ускорить ему выдачу визы — это частное общение или обращение работника СМИ?

Случай с Рудьковским — зафиксированный и признанный всеми участниками прецедент телефонного права. Ссылаясь на него, можно делать большие дела. Можно нарушать заключенные соглашения. «Как директор компании N я полностью поддерживаю указанные сроки и суммы штрафов, но как частное лицо не хочу ничего об этом слышать». Или: «Как человек, поставивший подпись в журнале регистраций актов гражданского состояния, я поддерживаю этот брак. Но как частное лицо не имею никакого отношения к данному частному лицу женского пола и его требованиям».

Частное лицо Виктор Ющенко может распустить парламент и правительство. Не подписывая указов, окружит чиновников спецназом («Слушай, генерал, у меня есть одна небольшая просьба: дай-ка мне на день твоих ребят...») и попросит их уйти в отставку. А борцам за демократию скажет: «Я действовал как частное лицо. Президент не принимал в этом участия». Кстати, гражданин Беларуси Александр Лукашенко четко идентифицирует собственное разделение на частную и публичную половины. Он очень часто говорит о своей должности в третьем лице единственного числа: «Президент Беларуси считает...», «Президент категорически против...» и т. п. Как вожди индейских племен: «Президент приветствует тебя, иноземец».

Нашим министрам и другим чиновникам нужно брать пример с соседа. Если «я» или «Николай Рудьковский», то частное лицо, если «министр транспорта» — публичное. Не мешало бы, кстати, специальный нормативно-правовой акт издать. Закон Украины «О телефонном праве» с соответствующими поправками в Гражданский кодекс. Чтобы те, кто сидит по другую сторону телефонного провода, четко знали, когда можно исполнять указание, а когда — нет. А то выполняют просьбы гражданина Рудьковского без официальной бумаги с бланком Минтранса, кучей подписей и резолюций! Хотя... возможно, те неизвестные чиновники в этой ситуации тоже действовали как частные лица?

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий