Секрет фирмы

Властелин колец

Анастасия ПОНОМАРЕНКО, фото Александра БОРТНИЧУКА

Как китайцы и индусы помогают Игорю Лобортасу строить ювелирный бизнес

— Я долго занимался духовными исканиями и прислушивался к внутреннему голосу

10 секунд на ЧТЕНИЕ

В интервью Контрактам директор ювелирного дома «Лобортас и Карпова» Игорь Лобортас рассказал о том, что:

1) предметы современного искусства с бриллиантами ликвиднее креатива, воплощенного в недорогих материалах

2) удешевление технологий стирает грань между средним менеджером и миллионером, вынуждая состоятельных людей приобретать предметы искусства

3) ювелирный шедевр — результат коллективного творчества

Представьте, что у вас ничего нет, кроме вашего опыта и знаний. Как бы вы сейчас строили свой бизнес?

— Точно так же, как сделал это много лет назад. Нужно начать с конструирования стратегии. Я исхожу из неких математических формул. Дом «Лобортас и Карпова» представляет классическую ювелирную школу. Но в то же время мы сочетаем известные технические приемы так, как это до нас никто не делал. Получается примерно такая формула: один-два новых приема + классика = ультрасовременное новое искусство. Кстати, такой подход можно применить в любом другом бизнесе, ведь зачастую важен принцип действия, а не само действие.

К счастью, в нашем деле неизведанных территорий гораздо больше, чем освоенных. Многим кажется, будто все уже придумано. Ничего подобного. Сегодня сферу нашей деятельности можно сравнить с географией времен Христофора Колумба. Еще столько всего предстоит открыть!

Кстати, ювелирное дело, по сравнению с другими видами искусства, имеет преимущество. Сейчас машина может написать художественное полотно с имитацией мазков маслом. В ювелирном же деле технологии тиражирования появились еще в эпоху царских монархий. Когда созрел средний класс, появились новые капиталисты (Морозовы, Третьяковы и другие), людей с капиталом становилось все больше, и, чтобы удовлетворить их спрос на предметы роскоши, умельцы начали тиражировать подделки. Удовлетворять запросы этих классов было гораздо проще вещами легкопроизводимыми.

Постепенно эта тенденция трансформировалась в то, что мы сейчас называем современными брендами. Если раньше приходилось десятилетиями зарабатывать доброе имя, корпеть над шедеврами, которые бы прославили мастера на весь мир, то впоследствии стало достаточным производить много единиц продукции, заполнять ею рынок, придавая своим действиям широкую, порой агрессивную, рекламную огласку. Все, никакой шедевр не нужен! Человек начинал доверять бренду, сформированному с помощью шедевров. Картье, к примеру, сделал себе имя на шедеврах: «Магические часы», «Гравитационные часы»... Прямоугольная и квадратная форма наручных часов — его изобретения. Это была сенсация! Сейчас бренд «Картье» эксплуатируется, как технология по зарабатыванию денег на элементарных вещах.

Предположим, стратегию сконструировали. Что дальше?

— Сейчас я отвечу на ваш вопрос, но сначала оговорюсь: современный мир двуполярен. Свою стратегию нужно конструировать на одном из полей, а не на двух сразу. Это очень важно. Так вот, на одном полюсе, если так можно выразиться, доминируют китайский и индусский синдромы. Покупая продвинутые технологические линии, китайцы уже сейчас могут произвести что угодно. Даже часы с турбийоном сделали! (Турбийон — сложнейший элемент механических часов, нейтрализующий действие гравитации на точность хода механизма. Часы с таким устройством стоят гораздо дороже обычных. — Авт.) Кстати, китайцев я считаю своими союзниками.

Вот как?

— Да, они легко заполняют пространства, в которых царят бренды! Рассмотрим в качестве примера ситуацию в Америке. Тамошний богач может, скажем, купить фирменный телевизор во всю стену за $1млн. А представитель среднего класса — точно такой же китайский за 100 тысяч. Какая разница? Я хочу сказать, что благодаря китайцам стирается грань между миллионерами и высокооплачиваемыми работягами. Таким образом, богатый человек начинает всерьез задумываться, что бы ему такого купить, чтобы решительно выделиться на фоне представителей других классов.

Ответ на этот вопрос может быть найден в сфере искусства, где очень важен талант, виртуозность и сложность исполнения, в первую очередь это касается ювелирного дела. Эту задачу можно решить, приобретая предметы искусства, причем искусства современного, высококлассного, дорогого. Поскольку китайцы и индусы формируют один полюс, где все удешевляется, это автоматически создает благоприятные условия для развития полюса противоположного.

Поэтому чтобы исключить тиражирование, мы используем только те древние технические приемы, которые оптимально сложны. Они никоим образом не будут соблазнять желающих их скопировать. Возьмем, к примеру, монетную гравировку, ведь это практически вымершая техника! Такой герб, который украшал советскую копейку, сейчас во всей Европе никто не сможет вырезать! Впрочем, и на территории бывшего Союза это сделать уже некому.

Школа старых мастеров утеряна. Вспомните советские монеты: на них рельеф в полторы десятых миллиметра, на котором есть все: передний план, задний, глобус, колоски, свет, тень, надписи... Потрясающая по технике исполнения работа, искусство! Но мы не просто применили в своих работах монетную гравировку. Мы перенесли ее на объемные украшения и даже на объемную скульптуру. Ранее она применялась только на плоскости. Подделать это практически невозможно. Ни одна машина не выполнит такую работу.

Я, как инженер (хоть и бросил в свое время Политехнический институт), понимаю, в каких областях будут применяться технологии тиражирования. Поэтому когда меня спрашивают о конкурентах, отвечаю: мои основные соперники — строительные компании. Пока люди возводят дома, дачи, виллы и прочую недвижимость, их основные средства уходят в строительство. Зато когда построятся, тут же зададутся вопросом, что можно купить в свой дом такого, дабы наполнить его радостью, непрерывно созерцая за искусным приобретением. Но разрабатывая свои конструкции, нельзя забывать о важнейшем элементе в любом деле — вере.

Какую именно веру вы имеете в виду?

— Веру в Бога. Как сказал апостол Павел: «Прежде всего облекитесь в любовь, ибо любовь Господня есть совокупность совершенств». Всякий совершеннотворящий — существо богоподобное. То есть человек, стремящийся сделать нечто совершенное, приближается к Богу. Это автоматически ведет к успеху в бизнесе независимо от того, чем человек занят: пишет он статью или создает скульптуру. Я никогда не добился бы успеха, если бы не верил в Бога. Кстати, когда-то я руководил очень прибыльной компанией, деятельность которой была связана с доставкой и нарезкой стекла. По сравнению с доходами в том бизнесе прибыль в ювелирном деле ничтожна. Но мне было неинтересно. Каждый день одно и то же: жернов молотит, деньги сыплются. А интереса никакого!

А почему бы не заработать много денег и не вложить их в современное искусство? Например, в России среди миллионеров это стало очень модным.

— Дело не в моде. К этому подталкивает гигантское количество подделок. С чего в свое время начинал создатель Третьяковской галереи? Купил «голландцев» — оказалось, подделка. Купил второй раз — снова фальшивка. Отчаяние заставило его обратить взор на современников! И кто теперь вспомнит, какой у Третьякова был бизнес? Он вошел в мировую историю благодаря своей галерее. Поймите, предметы современного искусства, как правило, приобретаются у живого автора. А это стопроцентная гарантия подлинности. Даже если вы покупаете копию, можете быть уверены, что она сделана автором оригинала. Есть знаменитые картины, написанные во многих экземплярах, каждый из которых очень дорого стоит и со временем только дорожает. Один из многочисленных примеров — «Черный квадрат» Малевича.

Уверен, искусство обязано само прокладывать себе дорогу. К тому же мне интересно создавать произведения, которые хочется купить. Ведь бизнес на искусстве — торговля предметами спонтанного желания. Один известный московский ювелир как-то пошутил: «Лобортас, мы с тобой торгуем ненужными вещами!» (Смеется.) Продавать ненужное легче, если предмет искусства вызывает желание расстаться с деньгами. Чтобы добиться такого эффекта, автор должен работать с полной самоотдачей.

Вы хотите сказать, что если я приложу все свои усилия для того, чтобы сделать что-то идеально, то такая работа автоматически станет востребованной?

— Совершенно верно! Вы замечали, что есть детские сказки, на самом деле не являющиеся таковыми. Это шифрограммы для взрослых.

Что вы имеете в виду?

— В первую очередь, конечно, «Морозко». Падчерица попадает к Морозко, который заставляет ее непосильно трудиться. Ей дискомфортно, но девушка творит совершенным образом! Сказочный работодатель доволен результатом и дарит ей сокровища. А потом к Морозко приходят сестры девушки. И их цель — сокровища. Они вроде и работают, но не так. И их сокровища превращаются в черепки. Я знаю людей, которые, видя наши работы, говорили: «Мы будем делать, как Лобортас, и заработаем кучу денег!» Они ничего, кроме черепков, не заработали. Потому что их цель — деньги, а не совершенное действие.

Мы же создаем ради действия, ради искусства, хотя, возможно, наше творение никто и не купит. Но не создать его не имеем права! И деньги для дальнейшей работы найти обязаны! И сделать ее нужно так, чтобы изделие стало желанным. Все это вместе взятое создает ситуацию, когда к нам приходит клиент и говорит, увидев изделие: «Это мое!» И платит те деньги, которые нам необходимы для реализации следующего шага в нашем искусстве.

То есть вы формируете цену исходя не из себестоимости, а из собственных потребностей?

— Да. Ведь мы, по сути, конструкторское бюро. Очень сложно оценить стоимость истребителя, если неожиданно, скажем, во время испытаний, какая-то второстепенная идея конструктора дала самолету ключевые преимущества. Разумеется, удачную идею нужно развить. При этом стоимость истребителя вылетает за рамки всех бюджетов. Чтобы добиться результата, придется заплатить за доработку столько, сколько нужно.

Ясно. Давайте попробуем еще раз вернуться к началу разговора. Итак, сконструировали стратегию, верим в Бога, что делать дальше?

— Объясню еще раз. Вера базируется на совокупности совершенств. Человек, создающий совершенный объект, дает ему божественный шанс в продвижении. Дальше — нужна школа мастеров. Своих мы собирали по крупицам. В нашем доме есть своя схема, позволяющая достаточно быстро «усилить» мастера. Но тут нельзя забывать о нашей специфике — коллективном творчестве. Фаберже, Картье, Тиффани — все их шедевры созданы великими коллективами. Когда над одной вещью работают двадцать человек и к ним приходит двадцать первый, он подключается к коллективному опыту. Ему не надо изобретать велосипед, набивать собственные шишки, можно просто перенимать опыт у коллег и обмениваться своим. Таким образом, процесс созидания проходит гораздо интенсивнее.

Далеко не каждый способен принять новичка на равных и делиться собственным опытом, наживая таким образом конкурента.

— Так и есть. И когда я ищу очередного мастера, то пытаюсь учесть все эти факторы. Так, наш первый мастер работает в компании до сих пор, уже одиннадцатый год. Его порекомендовала знакомая, сказала, что он слабенький, начинающий и, скорее всего, из него ничего не выйдет. Оказалось, Максим великолепный мастер! Знаете, есть люди, которые «не знают Закон, но творят Закон. Ибо Закон написан в их сердцах». Он из их числа. Случается, что в компанию приходят мастера с большим опытом, чем у него. Их опыт нужно перенимать, дополняя своим. Однако подстраиваться бывает сложно. Тут нужна гибкость. Уникальность Макса в его феноменальной гибкости.

Случается, мастера мыслят совсем не по-нашему. Поработав несколько недель, они говорят примерно следующее: «Знаешь, я лучше цепи буду плести, больше заработаю и голову ломать не буду, не нужно мне ваше искусство». Но парадокс в том, что этот человек пришел к нам убежденный в том, что ему нужны великие творения. Поэтому моя задача — подбирать таких, как Максим. А это происходит методом проб и ошибок.

Вы занимаетесь продвижением?

— Разумеется. Представьте, к примеру, что эту вещь (показывает на небольшую скульптуру ангела-хранителя из серебра, золота, украшенную монетной гравировкой, бриллиантами, шпи-нелью и одним аметистом, величиной с голубиное яйцо. — Авт.) мы бы сделали из свинца и фионитов. Свинец, заметьте, как и золото, — вечный материал, не поддающийся коррозии. Внешне вещь была бы такой же. Но она бы относилась только к предметам современного искусства, и все. А «просто искусство» продвигать намного сложнее. Как только в изделии появляется каратный бриллиант, это мгновенно в несколько раз увеличивает цену. Пятикаратный — еще больше. И сам предмет искусства тогда гораздо легче пристроить в хорошие руки, при этом у объекта хорошая капитализация. В него выгодно вкладывать. Вот, взгляните: наши украинские «пегасы» (набор для письменных принадлежностей в виде маленьких поросят с золотыми крылышками. — Авт.). Если бы их крылья были позолоченными, а не золотыми, они бы стоили на порядок меньше, хотя выглядели бы так же.

Дороговизна не сужает целевую аудиторию?

— А искусство никогда не принадлежало народу!

Тогда как подобраться к «хорошим рукам»?

— Это самое сложное. Например, обзор деловой прессы позволяет сделать выводы, которые очень помогают в работе. Меня не очень интересуют перестановки на политическом Олимпе. А вот тенденции в банковской, финансовой сфере — да. Потому что именно там средоточие наших постоянных и потенциальных клиентов. В этой сфере нельзя обойтись без незаурядного интеллекта. Словом, там наша целевая аудитория. Успешный банкир обзаводится земельными участками, предприятиями, затем начинает думать, куда бы еще вложить деньги. Тут его и начинают интересовать предметы искусства. Заметьте, в украинской олигархической среде у нас только один подобный господин — Виктор Пинчук, человек открытый, который наглядно демонстрирует, что в современное искусство можно инвестировать. Понятно, что его основные цели прагматичны. Первая из них имиджевая, вторая — создание новой моды: вкладывать деньги в художественные объекты. Сегодня он покупает их за одни деньги, а завтра продаст за гораздо большие, именно благодаря собственным усилиям по созданию новой тенденции.

Кстати, миллиардеры и сами начинают это понимать, пытаясь создать спрос на новое искусство. Взгляните на Вексельберга (Виктор Вексельберг, российский олигарх, 10-е место в золотой сотне российского Forbes. Несколько лет назад купил у семьи Форбс коллекцию из предметов, созданных Фаберже, в том числе и пасхальных яиц, по неофициальным данным, заплатив за все это около $120 млн. — Авт.).

Так вот, в Украине идеальное место для рождения современного искусства. Здесь можно потратить меньше, чем Вексельберг, а стать больше, чем Вексельберг. Именно в нашей стране можно создать коллекцию, которая станет мировым открытием и сделает своего обладателя мультимиллиардером.

Как вы перешли от нарезки стекла к ювелирному делу?

— Началось все с того, что, проходя в конце 80-х годов службу в армии, был направлен в строительные войска, точнее, в строительное управление. И помимо своего желания, был обучен делопроизводству и управлению. Я попал в руки к старому снабженцу Сергею Кузьмичу Пискунову. Этот человек заложил первый краеугольный камень в моей будущей карьере. Потом был институт, я его бросил, оказавшись, как я говорил, в «стекольном» бизнесе. Долго занимался духовными исканиями и прислушивался к внутреннему голосу.

В 90-м году мои товарищи затеяли компанию по обработке ювелирных камней. Какое-то время они барахтались, но было очевидно, что дело придется свернуть, ребята явно не справлялись. Однажды я им сказал: «Вы все делаете неправильно, причем даже не представляете, как это должно быть!» Они не имели ни малейшего представления, как формировать резервы производства, заниматься снабжением, обеспечением, экономически обосновывать и минимизировать те или иные затраты... Это элементарные составляющие, из которых состоит любой бизнес! Все это нужно грамотно свести в единое целое и создать новый объект или новую продукцию.

Ничего сложного — всему этому меня научили в армии. И вот, я пришел к ним третьим. С того момента компания начала активно развиваться. Это было время, когда можно было успешно работать в нескольких направлениях одновременно, что мы и делали: занимались производством ювелирных украшений, торговали продуктами питания... Но постепенно схемы ведения бизнеса перестраивались. В конце концов я заявил им, что нужно выбрать одно ключевое направление. Мне не поверили, и мы расстались. Я продолжил заниматься исключительно ювелирным бизнесом, а каждый из товарищей работать в нескольких направлениях. И ни у кого из них не получилось создать крупную компанию.

Полагаю, мое преимущество в богатстве опыта. Я занимался торговлей с детства.

С детства?

— Да. Я коллекционировал почтовые марки и игрушечные автомобили, у которых открывались дверцы и капот.

Дороговатое увлечение для ребенка тех времен!

— Еще бы! Одна машинка три пятьдесят стоила! Я всегда с большой выгодой для себя менялся. Где-то рубль, где-то пятьдесят копеек можно было нажить. Кстати, основам композиции, которые сейчас для меня крайне важны, меня научили на занятиях филателистического кружка в Доме пионеров.

Вы говорили, что всегда прислушиваетесь к внутреннему голосу. А что вы делаете с сомнениями?

— «Сомнения прочь, уходит в ночь отдельный десятый наш десантный батальон!» Или как там в песне было? (Смеется.) В Библии написано, что подобен срывающему одежды и льющему уксус на раны поющий печальные песни сердцу своему. Сомнения — те самые печальные песни. Это враг человека!

---

Персона

Игорь ЛОБОРТАС, глава ювелирного дома «Лобортас и Карпова».

Родился в 1968 г. в г. Гайсин, Житомирская область

Образование: незаконченное высшее, факультет кибернетики и робототехники КПИ

Чем гордится: интеллектом творческих украинцев

За что стыдно: за однажды выбранного компаньона-подлеца

Жизненное кредо: стремление к совершенству

Хобби: хроникально-документальное кино, судомоделизм эпохи железных кораблей

Последняя прочитанная книга: Андрей Макаревич «Сам овца»

Карьера

1986-1988 гг. — служба в армии

1988-1991 гг. – духовно-религиозная практика

1991 г. — основал ювелирную компанию «Тракт ЛТД»

В 1993 г. совместно с Киево-Могилянской академией провел первую в Украине ювелирную выставку, в том же году фирма перепрофилировалась на создание эксклюзивных украшений

В 1995 г. в результате слияния с фирмой «Фиал» Тракт ЛТД переименовывается в Фиал плюс

В 1995 г. знакомится с Ириной Карповой, с которой по сей день управляет компанией

1997 г. — выходит из состава учредителей Фиал плюс, с Ириной Карповой и третьим партнером основывает компанию «Ювелирный дом Лобортас»

В 2005 г. совместно с Ириной Карповой основывает компанию «Лобортас и Карпова»

КОМПАНИЯ

Образована в 1991 году, основная деятельность — создание предметов современного ювелирного искусства

Количество сотрудников: 65

Обороты за последние три года: данные не предоставлены

Рост заработной платы за последние три года: 15-25%

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий