Попали в десятку

Александра ГОРОДЕЦКАЯ, Сергей ВОЛОХОВ

Полтораста лет назад импрессионизм почти не воспринимался всерьез, а сегодня представители этого стиля входят в мировую десятку самых продаваемых художников

Мадам Лекадр, тетка Клода Моне, делилась своими опасениями насчет племянника в письме к художнику Арману Готье: «Его этюды всегда представляют собой неотделанные наброски, такие как те, что вы видели. Но когда он хочет закончить что-то и сделать картину, все превращается в ужасную мазню, а он любуется этой мазней и находит идиотов, которые поздравляют его. Он совсем не считается с моими замечаниями. Я, видите ли, не нахожусь на его уровне, так что теперь я храню глубочайшее молчание». Нынче «мазня» Моне стоит миллионы.

Звонкая МОНЕта

Несмотря на взрыв популярности поп-арта и атаку постмодернистов, искусство французских импрессионистов не теряет рыночной актуальности. Работы Пьера Огюста Ренуара «Бал в Мулен де ла Галетт», Поля Сезанна «Натюрморт с кувшином и драпировкой» и Клода Моне «Кувшинки» входят в сотню самых дорогих живописных полотен мира, заняв соответственно 5-е, 10-е и 35-е места. Упомянутую картину Ренуара купил в 1990-м султан Брунея Хассанал Болкиах за $78,1 млн на аукционе Sotheby’s. По стоимости полотно уступило лишь Климту, Пикассо и Ван Гогу. Картина Сезанна была продана девятью годами позже одной из самых богатых семей Америки, Уитни, за $60,5 млн. «Кувшинки» Моне на аукционе Sotheby’s летом 2007-го были куплены анонимным азиатским коллекционером по телефону за $36,7 млн.

В период с 1989 по 2007 год стоимость картин Ренуара, Моне и Сезанна возросла на 29%, 100% и 128% соответственно. Общий результат торгов полугодичной давности в разделе «Импрессионизм и современное искусство» составил почти $395 млн и стал вторым по размеру в истории Christie’s, уступив лишь торгам в этой же категории, проводившимся в 2006 году, на которых был выручен $491 млн.

Аукционный дом Christie’s ждет не дождется предстоящих майских торгов в Нью-Йорке: на них будет выставлена одна из самых значительных работ Клода Моне — «Железнодорожный мост в Аржантее». «Мост» знаменателен не только тем, что выставляется на торги впервые за много лет и соединяет в себе все отличительные черты импрессионизма. Живописный пригород Парижа Аржантей часто служил центральным мотивом для произведений импрессионистов: в начале 70-х годов XIX века Моне, Ренуар и Сислей работали здесь. В то время Аржантей был излюбленной зоной отдыха парижских буржуа, устраивавших катания на лодках. А Моне снимал дом неподалеку от места, изображенного на картине. На данный момент эксперты оценили это полотно в $35 млн. Не исключено, что картина может побить все рекорды, прежде установленные работами импрессионистов.

Нажмите, чтобы увеличить

По мнению руководителя «Гудимов арт-проект» галериста Павла Гудимова, основными факторами ценообразования на современном арт-рынке являются мода на то или иное течение в искусстве, законы самого рынка, представители которого заинтересованы в постоянном росте цен, и ажиотаж, вызванный появлением на торгах редких произведений. «Железнодорожный мост в Аржантее» Моне, представляющий музейную ценность, своим появлением на Christie’s может способствовать резкому росту интереса к импрессионистам и вызвать новый виток роста цен на их работы. Также он считает, что спрос на них может колебаться, однако интерес останется стабильным: «Импрессионизм — фундамент современного искусства, поэтому он всегда интересен. Его влияние заключается прежде всего в раскованности, свободе самостоятельно выражать свои мысли и эмоции вне зависимости от моды или правил. Именно такой подход в искусстве существует сегодня».

Что ж, история продаж импрессионистов за последние 20 лет подтверждает такое мнение. В течение этого времени было продано 80 работ Клода Моне общей стоимостью $1,8 млрд, 35 картин Поля Сезанна за $602 млн, а за 37 полотен Пьера Огюста Ренуара выручили $549 млн.

Пахнет травкой

Импрессионизм возник во Франции во второй половине XIX века. «Могучая кучка» насчитывала сначала семь, потом — около 20 человек. Основатели — Клод Моне, Пьер Огюст Ренуар, Камиль Писсаро, Альфред Сислей, Эдгар Дега, Поль Сезанн и Берта Моризо. Моне (1840-1926), считающийся основоположником импрессионизма, в детстве прославился как мастер карикатур на педагогов, которые он рисовал на заказ и продавал по 20 франков за штуку. За его настоящие шедевры в момент их появления давали всего в 10-15 раз больше. Склонность к пейзажам в художнике воспитал первый учитель маринист Эжен Буден. Впрочем, от первой знаковой картины «Завтрак на траве» (1865-1866) морем и не пахло. Символично и то, что картина до наших дней не дошла: Клод попросту расплатился ею за жилье, которое снимал невдалеке от изображенной им лесной опушки. Сохранилась только уменьшенная копия. Важно не путать эту картину с одноименным полотном еще одного светоча импрессионизма — Эдуарда Мане, который годом ранее, отбросив тонкие живописные приемы и ложный стыд, изобразил на шести квадратных метрах крупным планом обнаженную мадмуазель на пикнике в компании двух с иголочки одетых мсье. Мане претендовал не столько на лавры новатора, сколько на то, что сегодня можно было бы назвать скандальной славой. Однако от судьбы не уйдешь: художник вошел в историю с ярлыками «импрессионист» (полученным им годы спустя) и «натуралист».

Великолепная семерка молодых художников, будучи неоднократно отвергнутой жюри Салона (единственной официальной галереи в Париже той поры), организовала собственную выставку. Это случилось 15 апреля 1874 года. Одна из выставленных работ Клода Моне называлась «Впечатление. Восход солнца». Критик Луи Леруа, посетивший экспозицию, с иронией назвал художников «впечатленцами». Так появилось название «импрессионизм» (от франц. impression — впечатление). Несмотря на то что это событие считается официальной датой рождения нового стиля, он возник несколько раньше. Экспозиция была лишь кульминацией процесса созревания направления. И хотя взгляды на импрессионизм у создателей разнились, в целом они сводились к единому призыву: долой условности, даешь свободу самовыражения!

Ни концепция представленных на первой выставке работ, ни техника изображения, ни цветовое решение не соответствовали существовавшим тогда канонам. Типична реакция того же Леруа на «Восход солнца»: «В наброске для комнатных обоев и то больше законченности, чем в этом морском пейзаже!» Ученики парижской Школы изящных искусств взбунтовались против традиций классицизма, реализма и романтизма, на которых их воспитывали, и поставили на первое место эмоцию, впечатление от увиденного.

«Импрессионисты смешивали цвета не на мольберте, а прямо на картине. За счет этого получилась гамма открытых цветов, позволяющая наиболее верно передать игру света. Если смотреть на полотно издалека, трудно заметить нечеткость линий», — комментирует куратор PinchukArtCentre Александр Соловьев. Написанные характерными для импрессионистов штрихообразными мазками предметы сливались с окружающей средой. Контрастность же мазков создавала ощущение подвижности изображения. Таким образом, импрессионизм открыл новые горизонты в области цветопередачи и техники живописи.

Исторически импрессионизм стал предтечей абстракционизма. «Без импрессионистов были бы невозможны дальнейшие формалистические изыски, они первыми выразили очевидную истину: невозможно «реалистично» воссоздать многомерную реальность на двухмерном холсте. Имеет смысл только передать свое впечатление от этой реальности», — говорит художница Ольга Глумчер. Моне и соратники, по сути, не искажали действительность (как правило, они писали вполне реалистичные пейзажи, натюрморты, портреты), а просто придавали ей некоторую расплывчатость и насыщали яркими тонами и оттенками.

Выход в полусвет

Первые попытки известнейшего арт-дилера Дюран-Рюэля и мецената Шоке популяризовать искусство импрессионистов увенчались спорным успехом: были организованы 8 совместных выставок художников, которые не вызвали резонанса. Эмиль Золя, промышлявший арт-критикой, создавал импрессионистам своеобразный промоушн, публикуя положительные рецензии на их работы. Но и он, спустя некоторое время, отвернулся от новаторов, придя к выводу, что те так и не поставили основного акцента в формировании нового направления в живописи. Как видим, писатель жестоко ошибся, впрочем, Золя был не единственным защитником парижской «шпаны». Позитивные статьи об импрессионистах писали Генри Джеймс, Жорж Ривьер, Луи Эдмон Дюранти — литераторы, которые на брудершафт с импрессионистами выпили не один ящик бургундского в кафе «Гербуа» в Батиньольском квартале. Отсюда и название всей этой тусовки: Батиньольская группа.

Художники тоже заботились о раскручивании возникшего с подачи злопыхателей бренда: Ренуар убедил Жоржа Ривьера начать выпуск еженедельника L’Impressionniste: journal d’art, задачей которого была реклама творчества Моне и компании. Вышло четыре номера журнала. Теодор Дюре, исследовавший импрессионизм опытным путем — в порядке эксперимента позировал Эдуарду Мане и остался очень доволен результатом, — опубликовал книгу «Импрессионисты». Через десять лет мытарств парижан неожиданно оценили в Новом Свете: в 1886 году Дюран-Рюэль отбыл в Америку с хорошим подбором работ из своей коллекции. 10 апреля открылась выставка в American Art Galleries на Мэдисон-сквер — сроком на месяц. Успех ее был настолько велик, что 25 мая ее продлили еще на месяц — в National Academy Of Design. На этой выставке было продано картин на $18 тыс.

Пропагандируя импрессионизм, арт-дилер неустанно колесил с картинами друзей и по Европе, выставляя их в Лондоне, Берлине, Роттердаме. Усилия не увенчались успехом, но Дюран-Рюэль упорно не снижал цен, хотя картины никто не покупал.

Тем временем в Париже развил бурную деятельность арт-спекулянт Амбруаз Воллар. В 1893-м он открыл собственную арт-галерею Rue Laffitte, ставшую центром парижского рынка современного искусства. Воллар устраивал крупные персональные выставки импрессионистов, но главное — скупал их работы оптом. Например, в 1894-1895 гг. приобрел 200 полотен Сезанна менее чем за 100 тыс. франков, то есть каждая работа обошлась ему приблизительно в 450 франков. Когда Сезанном заинтересовался русский купец Иван Морозов, ловкий француз взвинтил цены в 100 раз.

Шок — это по-нашему

Не Лондон, не Берлин и не Роттердам превратили картины впечатлительных художников в высоколиквидный товар. Французы должны благодарить Россию. В частности, Сергея Ивановича Щукина и Ивана Абрамовича Морозова. Представители славных предпринимательских династий первыми начали скупать работы импрессионистов не только в больших количествах, но и за большие деньги. И в результате собрали коллекции, принадлежащие к числу самых знаменитых в мире. Сейчас они находятся в Государственном музее изобразительных искусств им. А. С. Пушкина в Москве и в Государственном Эрмитаже в Санкт-Петербурге.

Обладатель изрядного состояния, заработанного на мануфактуре, Сергей Щукин решил вложить средства в нечто вечное. Его интерес к импрессионистам сложно назвать инвестиционным: глава товарищества «И. В. Щукин с Сыновьями» руководствовался принципом: «Если, увидев картину, ты испытываешь психологический шок — покупай ее». Судя по всему, Сергея Ивановича шокировало исключительно современное искусство, причем главным образом французская живопись. Он быстро стал любимым клиентом парижских арт-дилеров, в том числе Поля Дюран-Рюэля — над покупками долго не раздумывал, ради оперативности одним махом перевел крупную сумму на берлинский счет.

Особое внимание фабрикант уделял Моне: до 1910 года он купил 11 полотен художника, среди которых был и знаменитый этюд «Завтрак на траве» (130х181 см). Тогда же щукинскую коллекцию пополнил Дега (знаменитые «Голубые танцовщицы», «Танцовщица у фотографа»). В 1912 году Сергей Иванович купил у своего брата Петра «Обнаженную» Ренуара, позднее в коллекции появились 16 картин Гогена, работы Сезанна. В целом собрание насчитывало 256 произведений импрессионистов и постимпрессионистов, в числе которых были 13 картин Моне, 8 — Сезанна, 5 — Дега, 4 — Ван Гога, 7 — Руссо, 3 работы Ренуара, по 2 — Писсаро и Синьяка, по одной Тулуз-Лотрека, Родена и Сислея.

За те 10 лет, в течение которых магнат коллекционировал «впечатления», цены на полотна импрессионистов выросли в среднем в 4 раза (на картины Ван Гога и Сезанна — в 3). Даже в период расцвета импрессионизма, в середине 1880-х годов, картины художников в среднем стоили 200-300 франков. К 1910 году цены выросли в сотни раз. Выше всего ценились картины Ренуара — от 20 тыс. до 42 тыс. франков, Моне и Сислея — от 10 тыс. до 40 тыс., Дега — до 25 тыс. Цена на живопись Гогена подскочила до 27 тыс. франков, на произведения Ван Гога — до 17 тыс., Сезанна —  до 35 тыс. франков.

Глава Товарищества Тверской мануфактуры бумажных изделий Иван Морозов пристрастился к импрессионистам позже — в 1901 году. Весной 1903 года Иван Абрамович купил картину Сислея «Мороз в Лувесьенне» за 11 500 франков — 5 тыс. золотых рублей в эквиваленте. «Впечатлениями» Морозова «заразил» Сергей Щукин. Иван Абрамович имел все предпосылки собирать русских передвижников, тем самым продолжив увлечение старшего брата Михаила, особняк которого украшали полотна Левитана, Сурикова, Серова, Коровина, Васнецова. Щукин и Морозов не конкурировали, их собрания скорее дополняли друг друга, что, безусловно, было только на руку современному французскому искусству.

Морозов не только покупал готовые полотна, но и много заказывал импрессионистам, в том числе декоративные работы. Любимцами Ивана Абрамовича были Пьер Боннар, Морис Дени, Анри Матисс, Гоген и Ван Гог. В целом же он потратил на работы импрессионистов 1,5 млн франков.

Музейный ширпотреб

В начале 1920-х годов в 1-м музее новой западной живописи (бывшая Щукинская галерея) состоялась первая в Советской России выставка Клода Моне. Звезды живописи Петров-Водкин, Маковский, Щербатов восприняли экспозицию с восторгом, отметив, что популяризация авангардного искусства революционизировала художественную молодежь России.

Однако представители старшего поколения, в их числе Васнецов, посчитали, что пропаганда новых идей отвлекает молодых творцов от советской действительности. Той же позиции долгое время придерживалась Советская власть, считая импрессионизм буржуазным искусством, поскольку оно лишено пролетарского содержания. Но поколение молодых художников, например, Татьяна Яблонская, настолько прониклось импрессионистами, что с помощью их живописной техники стало отображать социалистическую действительность.

В 1960-1980-е годы асоциальность импрессионизма пошла ему на пользу. Репродукции картин Моне и других новаторов стали появляться на советских открытках и в календарях — наряду с классикой живописи и видами природы.

Воспитанная таким образом любовь соотечественников к этому направлению тем не менее не привела к появлению картин в Украине. Владелец галереи «Ателье Карась» Евгений Карась заявляет, что произведений французского импрессионизма в стране нет. Украинцы довольствуются неоимпрессионистами — не столько прямыми наследниками, сколько подражателями импрессионистов. Называя это течение «псевдостилем», Павел Гудимов подчеркивает, что современный импрессионизм — салонное искусство, лишенное актуальности. Не являясь социальным и новаторским, это направление сегодня может претендовать на выполнение разве что декоративной функции. Недаром неоимпрессионистическими репродукциями вместо рекламы недавно украсили один из поездов киевского метро.

Тем не менее работы яркого последователя стиля в Украине Андрея Яланского выставлялись на Christie’s и Sotheby’s, хранятся в собраниях современной живописи в Третьяковской галерее и частных коллекциях в Европе и Америке. Художник на протяжении 12 лет сотрудничает с Лондонской галереей Danusha Fine Art и ежегодно принимает участие в Женевском салоне EuroArt. Однако, как замечает Евгений Карась, популярность за рубежом не мешает Яланскому оставаться незамеченным на отечественном арт-рынке.

Хотя, судя по частоте вкраплений импрессионизма в быту, нашим соотечественникам не занимать любви к нему. Контркультура со временем, как правило, превращается в мейнстрим, а потом в классику. Та же участь постигла и импрессионистов. По словам Ольги Глумчер, репродукции их картин, в особенности Ренуара, Ван Гога, Гогена и Моне можно встретить в самых неожиданных местах: от дверцы холодильника до крышки унитаза, не говоря о фотообоях. Практически все фирмы, специализирующиеся на изготовлении репродукций и художественных постеров, имеют в каталоге десятки картин «впечатленцев». В основном заказывают репродукции Моне, Дега, Ван Гога, Матисса, Мане, Сислея, Пиро, очень любят «Обнаженную» Ренуара, конкурирующую с «Моной Лизой» и увеличенными фотографиями эротических моделей. Также повышенным спросом пользуются «Бульвар капуцинок», «Мост Ватерлоо в пасмурную погоду», «Руанский собор. Полдень» Клода Моне. Стоимость таких работ зависит разве что от размера заказа и материала, на котором изготовлен отпечаток. В Украине можно приобрести через интернет фабричные копии Ренуара или Моне на матовой бумаге от 29 до 129 грн за экземпляр, на холсте — от 29 до 379 грн. Не страдают от недостатка заказов на копии импрессионистов и художники.

Где прикоснуться к прекрасному

Музей «Орсе», Париж: собраны произведения французской живописи и скульптуры периода 1848-1914 гг. Основу коллекции составляют работы импрессионистов и постимпрессионистов

Государственный  музей изобразительных искусств им. А. С. Пушкина, Москва: богатое собрание живописи мастеров французского импрессионизма (Моне, Дега, Ренуара, Сезанна)

Национальная галерея, Лондон: содержит одно из лучших собраний западноевропейской живописи, в том числе работы Сезанна

Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург: выставлена богатая коллекция работ Моне, Ренуара, Сезанна

Метрополитен-музей, Нью-Йорк: работы Ренуара, Дега, Мане

Честолюбие сгубило

Недавно сотрудники реставрационного отдела кельнского музея Wallraf-Richartz обнаружили искусную подделку картины Клода Моне «На берегах Сены близ Порт-Виллез». Рентгеновская съемка полотна обнаружила несколько странных деталей, ставящих под сомнение ее подлинность: работа изначально была выполнена карандашом, а затем уже покрыта маслом. Подобная техника была чужда Моне. Кроме того, картина обработана слоем глазури, придающим ей эффект старины. Также на полотне были обнаружены две подписи: поддельный автограф Моне и подпись настоящего автора. Несмотря на это, сотрудники Wallraf-Richartz отнеслись к находке с присущей немцам практичностью: ее выставили как яркий образец искусства имитации мировых шедевров, демонстрирующий не только талант автора подделки, но и возможности современных технологий, а также — профессионализм экспертов.

Мнения художников

Основа вкуса

Людмила САХНО,
художник

— Считаю себя последователем французских импрессионистов. Этот стиль в первую очередь воспитывает вкус у неискушенного в искусстве человека. Он доступен для восприятия, потому что не отошел от привычных форм, как, например, абстракционизм, постмодернизм, современное искусство в виде сумасшедших мультимедийных проектов. Конечно, художники ищут новые способы выражения, технические возможности, но суть остается прежней: передать через форму и цвет эмоцию, нерв. Поэтому импрессионизм никогда не потеряет своей актуальности, это классика — в смысле значимости. Мой любимый художник Анри Матисс. Он вырос из французского импрессионизма и развил это направление. Это гений, я согласна с каждым его мазком, линией.

По лбу попсе

Станислав ВОЛЯЗЛОВСКИЙ,
художник

— Раньше увлекался импрессионизмом, учился на нем, а сейчас он превратился в откровенную попсу. Недавно в сувенирной лавке видел зонт с репродукцией картины кого-то из импрессионистов — верх безвкусия. Считаю, что внес свою лепту в современный импрессионизм: написал натюрморт, использовав вместо кисти собственный половой орган.

Топ-5 самых дорогих картин импрессионистов

«Бал в Мулен де ла Галетт»,
Пьер Огюст Ренуар
$78 100 000

«Натюрморт с кувшином и драпировкой»,
Поль Сезанн
$60 502 500

«Гора святой Виктории»,
Поль Сезанн
$38 502 500

«Натюрморт с фруктами и горшочком имбиря»,
Поль Сезанн
$36 976 000

«Кувшинки»,
Клод Моне
$36 659 600

Обсудить на форуме

Вверх

Версия для печати		Отправить почтой
Оценить статью		Ваш комментарий